Alex.3
Rambler's Top100
Правый Клуб
Документы
Наша позиция
Библиотека
Новая мифология
Проекты
Правый форум
старый Правый форум
Ястребиный Телеграф
Место для рекламы:


Проекты Правого Клуба

Газета "Гражданин" № 1


Реформа, которой не было

Состояние Вооруженных сил России -пожалуй, единственная сфера, в которой преобразования последних 10 лет не принесли никаких положительных результатов. Борис Ельцин никогда не носил погон, слабо представлял себе армейские проблемы, поэтому просто побаивался армии и старался ее (точнее, ее высшее руководство) задобрить. В результате в более или менее демократической России осталась советская армия, разваливающаяся не столько из-за отсутствия денег, сколько из-за несоответствия новой политической и экономической реальности. Однако и при Путине, который проявляет к силовикам повышенное профессиональное внимание, никаких существенных изменений пока не происходит за исключением назначения первого гражданского министра обороны. Другие же шаги можно считать, по крайней мере, спорными.
Два года назад космические войска слили с РВСН, заявив, что это дало огромную экономию средств. Теперь их "выльют" обратно. Видимо, тоже с целью экономии. Приволжский военный округ за последние 10 лет уже соединяли с Уральским, потом разделили, теперь опять соединят! Поистине, государственный подход.
Еще больше пугает очередное крупномасштабное сокращение личного состава. Все прочие войска, коими у нас располагают 12 министерств и ведомств (ситуация беспрецедентная не только для демократических, но и для тоталитарных государств), не только не ликвидируются, но остаются практически в неприкосновенности. Пострадают, как обычно, только Вооруженные силы, и так уже сокращенные сверх всяких разумных пределов. Обещание сократить тыловые и обеспечивающие части вызывает сомнения в компетентности авторов "реформы". Известно, что роль таких частей по мере усложнения вооружения и техники лишь возрастает. Если сократить тыловые части, то решаемые ими задачи просто лягут на плечи военнослужащих из боевых частей, которые вынуждены будут по-прежнему заниматься хозработами вместо боевой подготовки. Что касается частей обеспечения, например РЭБ или войск связи, то их нужно не сокращать, а увеличивать.
Настоящей военной реформой было бы принципиальное изменение общих и боевых уставов Вооруженных сил, форм и методов подготовки личного состава, взаимоотношений между военнослужащими по всей военной вертикали, форм гражданского контроля над армией, системы ее финансирования, обеспечения ее вооружением и техникой. Ничего этого, к сожалению, не предполагается. Кроме того, не мешало бы наконец решить, кто же является нашим потенциальным противником.
Как известно, нынешняя Российская армия создавалась отнюдь не для защиты Российской Федерации и является далеко не лучшей частью бывшей Советской армии. Из 8 военных округов, расположенных на территории РФ, 5 были в советское время глубоко тыловыми. Наиболее современные и хорошо оснащенные части и соединения находились на Украине и в Белоруссии (после распада СССР полностью достались этим государствам), в Восточной Европе и Прибалтике (выведены в Россию, однако многие брошены "в чистом поле", либо, в лучшем случае, в гарнизонах, оборудованных и обустроенных на порядок хуже, чем те, откуда пришлось уйти) и в меньшей степени - в Закавказье и в Средней Азии (судьба этих группировок самая разнообразная: часть выведена в Россию, а затем расформирована, часть досталась соответствующим государствам, часть продолжает нести службу на их территории под российским флагом). Была потеряна оставшаяся на территории стран бывшего Варшавского договора и покойного СССР вся наиболее современная инфраструктура (аэродромы, дороги, склады, предприятия и т.д. и т.п.). Финансирование того, что осталось, сократилось по сравнению с советскими временами (хотя и тогда армия отнюдь не процветала, как многие сейчас пытаются представить) многократно, причем и эти немногочисленные деньги размазывались тонким слоем по многочисленным небоеспособным и неукомплектованным частям. При этом армию активно упрекали в том, что она не реформируется. Упреки эти адресовались высшему армейскому руководству, которое "расплодилось" (т.е. стало слишком много генералов) и "погрязло в коррупции".
Говорить о том, что у нас слишком много генералов, бессмысленно, так как надо сначала определить оптимальную структуру ВС РФ. Может быть, при этом выяснится, что генералов должно стать даже больше. Коррупция в армии действительно имеет место, однако есть основания предположить, что она, по крайней мере, не больше, чем в других отраслях народного хозяйства, а также во всех ветвях власти, включая "четвертую", которая особо активно изыскивает соломинки в чужих глазах, почему-то никогда не извлекая бревен из своих. Говорить о том, что серьезная реформа требует столь же серьезного финансирования, как -то даже неудобно. С одной стороны, это очевидно, а с другой стороны, понятно, что денег никто не даст, а результата все равно будут требовать. Есть, однако, еще одно обстоятельство, которое говорит о том, что вышеупомянутые упреки направлены не по адресу.
Любую сложную систему (завод, институт, учреждение и т.д.) реформировать изнутри крайне трудно по причинам в первую очередь чисто психологическим (большинство читателей, поразмыслив, с этим безусловно согласятся). Всерьез взяться за реформу может только человек со стороны, не обремененный старыми взглядами и связями. К армии это относится в наибольшей степени. Вооруженные силы являются, пожалуй, самым консервативным (это слово не несет в данном случае никакого отрицательного смысла) общественным институтом, и обвинять их в этом просто абсурдно. Перечень претензий, которые можно предъявить Грачеву, Родионову и Сергееву, занял бы несколько страниц, но министры совершенно не виноваты в том, что не проводили армейскую реформу, кроме того, государственное руководство по сути даже не попыталось объяснить, что оно под таковой реформой подразумевает. Сергей Иванов является для Вооруженных сил как раз "человеком со стороны". Назвать его гражданским затруднительно, однако он, безусловно, не связан ни с какими внутриармейскими группировками. Тем не менее, малочисленность его собственной команды создает реальную угрозу того, что он может быть "съеден" аппаратчиками МО, которые ранее успешно "съели" Андрея Кокошина. Короче говоря, весь вопрос в том, сумеет ли министр изменить систему, или система поглотит министра. В разговоре о нынешнем состоянии Российской армии нельзя, разумеется, не сказать о внутриармейских взаимоотношениях. Эта тема является наиболее обсуждаемой, так как касается очень значительной части населения. Панацеей от дедовщины и всех прочих армейских бед считается у нас "профессиональная" (то есть, если без эвфемизмов, наемная) армия. Обсуждать какую бы то ни было альтернативу считается в демократических кругах просто неприличным.
То, что нынешняя ситуация в армии нетерпима, действительно обсуждению не подлежит. Только ведь армии большинства стран НАТО (Германии, Голландии, Италии, далее почти везде; исключение составляют лишь США, Великобритания и Канада), в которых ситуация не имеет ничего общего с нашей (ни в плане неуставных взаимоотношений, ни в плане уровня боевой подготовки) формируются путем призыва. В то же время в нашей армии подавляющее большинство контрактников, пришедших служить в начале 90-х, ни в дисциплине, ни в боевой подготовке призывников не превосходят, более того, часто именно они создают командирам наибольшие проблемы, становясь абсолютно неуправляемыми. Если в ближайшие годы сделать армию чисто профессиональной, то есть сформировать из таких вот контрактников, через пару лет мы автоматически придем к военной диктатуре. Причиной дедовщины является вовсе не то, что армия у нас формируется по призыву. Причины со-всем другие.
Во-первых, отсутствие института младших командиров. Если в западных (не только в американской) армиях сержант царь и бог, полностью снимающий с офицера заботу о воспитании солдат и оставляющий ему решение чисто профессиональных, военных вопросов, то в нашей армии сержант - фактически тот же солдат, так как не имеет ни реальных властных полномочий, ни опыта, ни, следовательно, авторитета. В результате между офицером и рядовым не остается никакой прослойки, офицер не имеет никакой опоры в подразделении. Ему приходится выбирать между полной анархией и хоть какой-то дисциплиной, которую, в отсутствие младших командиров, могут поддерживать только старослужащие.
Во-вторых, почти полное отсутствие боевой подготовки. Большой, чисто мужской коллектив, лишенный свободы передвижения и многих гражданских прав, должен хоть чем-то заниматься. Даже в советское время с этим были серьезные проблемы. В середине 80-х в элитной Таманской дивизии стрелокгранатометчик за 2 года службы производил 1 (один!) реальный выстрел из подведомственного гранатомета. Нынешнее безденежье привело к тому, что об учениях речь уже вообще не идет. Бессмысленность существования чрезвычайно угнетающе действует на неокрепшую психику солдат, да и многих офицеров.
В-третьих, отсутствие денег, крайне озлобляющее всех - от рядового до полковника. Даже если в последнее время денежное содержание начали платить более регулярно, оно остается недопустимо низким, особенно на фоне ражданского сектора.
В-четвертых, отсутствие гражданского контроля над армией, непрозрачность военного бюджета, неподконтрольность гражданским судебным органам. С законопослушанием в нашей стране вообще большие проблемы (это уже национальная традиция), а уж армия всегда была государством в государстве, и вторжение "каких-то гражданских" в сферы, в которые ранее доступ им был наглухо закрыт, вызывает у военных вполне искреннее возмущение.
В-пятых, резкое снижение качества призывного контингента, да и офицерского корпуса. Если в западных странах призыву подлежат не менее 90% контингента, то в России - немногим более 20%. В армию попадают почти исключительно призывники с наиболее низким интеллектуальным уровнем, из наименее благополучных семей. Все остальные всеми правдами и неправдами пытаются "откосить", и осуждать их за это довольно сложно. Однако это ведет к дальнейшему понижению качества контингента, то есть возникает порочный круг. Профессия офицера утратила престижность, лучшие представители офицерского корпуса (или потенциальные офицеры) понимают, что сейчас умному и инициативному человеку жизнь на гражданке дает несравненно больше возможностей для самореализации, чем служба в ВС.
В-шестых, отсутствие объединяющей идеи. Если не платят деньги, то хотя бы объяснили, ради чего. В противном случае чувство бессмысленности происходящего резко усиливается.
В итоге, если нынешнюю армию (без идеи, без денег, без гражданского контроля, без института младших командиров) формировать на профессиональной основе, то уже через несколько месяцев она спросит: "Где деньги, Вов?" (имя можно подставить другое, суть не изменится). Такая перспектива как-то не вдохновляет, и нашим правозащитникам и солдатским матерям не мешало бы об этом задуматься.

Что делать?

Итак, мы имеем ВС, которые готовились защищать другое государство и другой общественный строй и вести не ту войну, которая им, возможно, предстоит (и даже к той, которую готовились вести, все равно по сути готовы не были), имеют в целом недопустимо низкую техническую оснащенность (как собственно боевой техникой и вооружением, так и, в первую очередь, средствами обеспечения) и еще более низкий уровень боевой подготовки, а взаимоотношения между военнослужащими больше напоминают законы "зоны". При этом государственное руководство по-прежнему фактически держит в тайне, какую армию оно хочет получить. Так что новый "как бы гражданский" министр обороны может оказаться камикадзе.
Провал нынешней "реформы", как и всех предыдущих, вполне закономерен, не только потому, что руководство страны не знает, чего хочет, но и потому, что нашу армию реформировать нельзя, как бы ни стремился к этому Сергей Иванов. В наших ВС надо менять все, а это невозможно. Любая же попытка внести новый элемент в старую армию будет классическим "вливанием нового вина в старые мехи". Мехи порвутся и вино выльется. Менять все - значит создавать новую, параллельную армию. Именно создание параллельной армии и является единственным выходом в нашей нынешней ситуации.
Создание параллельных армий имело место не раз во всемирной, да и в российской истории. Параллельную армию создавал Петр Первый (новая армия и выиграла Северную войну), параллельную армию создали в 1918 году большевики (еще раз - политические оценки здесь не даются). В соседнем с нами Иране уже в течении почти 20 лет сосуществуют две армии: старая, доставшаяся от шахского режима, и новая, называемая "Корпусом стражей исламской революции" (КСИР). По силам они почти равны. Сразу после революции 1979 года предполагалось, что КСИР заменит старую армию полностью, однако война с Ираком сделать это не позволила. Теперь армии спокойно уживаются между собой.
Создание новой Российской армии должно начаться с изменения системы военного образования. Будущие офицеры должны готовиться к войне будущего, а не ко "Второй мировой с ядерным оружием и ракетами", к которой 45 лет готовилась Советская армия и 10 лет продолжает готовиться Российская. Однако эти офицеры должны направляться уже в новые части, не переделанные из нынешних, а созданные с нуля. Новые части должны быть оснащены только новой техникой и только современными (возможно, частично закупленными за рубежом). Эти части должны получать не красные, а трехцветные флаги. Они должны готовиться к защите не империи, а демократического государства. Солдаты и офицеры этих частей должны рассматривать себя наследниками не Советской и уж тем более не Красной, а Русской армии. Их денежное содержание должно быть на порядок выше, чем в современных ВС РФ и выплачиваться день в день. Они должны заниматься боевой подготовкой, а не уборкой урожая, не говоря уже о строительстве генеральских дач. В эти части должен быть очень жесткий отбор (профессиональный, интеллектуальный, психологический, идеологический) как для рядового, так и для офицерского состава. Эти части должны подчиняться непосредственно министру обороны (желательно гражданскому) и находиться под постоянным контролем парламента и общественности.
Да, в ближайшем будущем Россия сможет позволить себе очень немного таких соединений и частей: 1-2 бригады сухопутных войск, 1-2 полка ВВС и ПВО, несколько боевых кораблей. По мере улучшения экономической ситуации количество таких частей будет постепенно увеличиваться, и командиры взводов из первых бригад и полков новой армии станут командирами батальонов в следующей. Служба в таких частях должна стать предметом гордости как для офицера, так и для солдата (и призывника, и контрактника), поэтому придется провести широкую рекламную кампанию.
Нынешняя армия обречена с момента гибели того государства и той системы, которую она защищала. Для создания новой нужна политическая воля государственного руководства.

.

.

.

404 Not Found

Not Found

The requested URL /usr/hosting/u1/www/conservator/html/cmp.php was not found on this server.


Apache/1.3.42 Server at conservator.ru Port 80
Rambler's Top100 TopList Либеральная миссия СПС в Санкт-Петербурге Газета "Демвыбор в Санкт-Петербурге"