[an error occurred while processing the directive]

Померанцевый экспорт. — Майдан и собаководство. — Оранжевая свитка. — «Мурка» и рэп. — Бестактный Пивоваров. — «Стереть в лагерную пыль».


      Известия № 11.12.04
      Всякая великая революция стремится выйти за узкие государственные границы и принести свет свободы также и другим народам. См. успехи французских революционеров в Германии, Фландрии, Италии, а равно и красноармейскую песню «Мы разжигаем пожар мировой». Естественно, что и героиня украинской революции Ю. В. Тимошенко приветствует распространение мирового пожара, указав, что «сегодня народ России все больше и больше становится оранжевым, и Путину надо тоже немного стать оранжевым».
      Насчет народа в целом сказать трудно, поскольку политические пилигримы, приезжавшие из Москвы в Киев на выходные упиться воздухом свободы (примерно, как это делали рабочие делегации из Европы, посещавшие отечество мирового пролетариата в 20-30-е гг.) вряд ли в полной мере отражают настроения масс. Но хоть бы даже народ неистово съезжал в красно-желтую зону спектра, неясно, каким образом предлагается оранжеветь В. В. Путину. Покраска в модный цвет этого сезона предполагает пламенное обличение властей во всех смертных грехах, а также беспрестанные возгласы «Так!», «Гэть!», «Перемога!», «Ганьба!» etc. С возгласами еще туда-сюда. Автор этих строк, когда его собаки не в меру расшалятся, сам кричит на них: «Гэть!», что твой правоверный ющенит на майдане. У В. В. Путина собачка Кони тоже балованная, и он может воспитывать ее командами «Так!» и «Ганьба!» — чем и явит свою оранжевость. Труднее с отвержением власти, потому что пришлось бы неистово бранить и срамить самого себя. Хотя и здесь возможен мастерский политический ход — в ходе стереотипного сюжета для программы «Время» с показом дежурной встречи президента и премьера, докладающего начальнику об очередных успехах, В. В. Путин, с сардонической успешкой глядя на М. Е. Фрадкова, вдруг должен произнести: «Гэть злочiнну владу!». Затем камера покажет побелевшее лицо М. Е. Фрадкова и его расширившиеся от ужаса глаза, которым открывается, что галстук на Владимире Владимире оранжевого цвета.
      Такой вариант истории про оранжевую свитку (правда, у Гоголя в «Сорочинской ярмарке» свитка красная, но это уже лишь нюансы цветовой гаммы) и панночку бы порадовал, и укрепил бы оранжевое единство В. В. Путина со своим добрым народом. Но это будет наверное где-то ближе к святкам, а пока что революционные сполохи догорают на Украине. Померанцевый кандидат В. А. Ющенко в своей полемике с блакитным В. Ф. Януковичем продолжает использовать тему культурных предпочтений — и при том все одних и тех же. На практике это выглядит так. Сперва В. А. Ющенко заклинает своих сторонников «не бути пасивними, щоб потім не марширувати по Хрещатику під «Мурку» — «Після цього Ющенко і його команда танцювали на сцені. Ющенко обійняв дружину за плечі і рухався в такт реперської пісні «разом нас багато».
      Такая зацикленность на «Мурке» представляется чрезмерной, особенно если учесть, что песне где-то уже порядка восьмидесяти лет, т. е. речь идет скорее об историческом достоянии и даже в некотором роде классическом наследии, нежели о живом феномене блатняцкой культуры. Странно, что в список пристрастий В. Ф. Януковича еще не внесли другой блатняцкий шансон — «Не шуми, мати, зеленая дубравушка, не мешай мне, молодцу, думу думати!». С другой стороны, обличив чужое пристрастие к «Мурке», немедленно вслед за тем пускаться танцевать рэп — вряд ли последовательно. «Мурка», будучи песней одесских уркаганов, хотя бы национальна, рэп, будучи музыкой подростковых шаек из черных гетто, в смысле морали ничуть не выше, и единственное его преимущество может заключаться в том, что приобщение к субкультуре уголовных негритят возвышает хохла, русского etc. до звания белого человека, чьи вкусы оказываются заедино с масс-культурой всего цивилизованного мира. На иной взгляд, уж лучше «Мурка», чем такое единство.
      Хотя с музеефикацией «Мурки», возможно, спешить и не следует. С одной стороны, многие начинания становых структур российского государства — например, внезапное начисление недоимок на «Вымпелком» — явно планировались все в том же темном переулке, где гуляют урки. «Раз пошли на дело я и Рейманович. // Рейманович выпить захотел». С другой стороны, очень многое в сегодняшних общественных нравах возвращает к тем романтическим временам, когда «Мурка» была новейшим шлягером.
      Когда на НТВ телеведущего Пивоварова отстранили от эфира немедля после его рассказа о назначении изгнанника Л. Г. Парфенова редактором русского «Ньюсуика», в службе гендиректора НТВ разъяснили, что ссылка на конюшню произошла «за нарушение этических норм», ибо «эфир не может быть использован для сведения личных счетов». Под каковым сведением счетов, очевидно, следует понимать фразу «Полгода назад тогдашний гендиректор НТВ Николай Сенкевич внес личный вклад в историю российского телевидения, уволив Парфенова по сокращению штатов».
      Что здесь личного и что мстительного, понять трудно, да и дело скорее в другом. Изгнание из парадиза, которым был в 20-30-е гг. СССР, а сегодня является НТВ, предполагает, что изгнанник тут же теряет все и обращается в ничтожество. Отныне его доля — быть сутенером, кокаинистом, тапером в поганом эмигрантском кабаке, на самый лучший случай — водителем парижского такси. Что эмигрант может процвесть и обеспечить себе достойный культурный статус — такого быть не может никогда, потому что говорить об этом нельзя. Пивоваров сообщил, что эмигрант Парфенов, оказывается, не таксист и не тапер, а подымай куда выше, — чем грубо нарушил канон рассказов о загробной жизни и за это сам туда отряхнулся.
      Тем временем довыборы в Думу по Преображенскому округу г. Москвы в очередной раз изобличили глупость чекистов. Штаб кандидата С. С. Митрохина еще в пятницу, за два дня голосования опубликовал полученные от анонимного источника в ФСБ будущие результаты выборов, которые уже нарисовала злочiнна влада: единоросс Жуков — 30%, яблочник Митрохин — 12%, родинец Делягин — 9%. В результате счета, однако, единоросс получил не 30, но 23%, на второе место вышел вовсе незапланированный кандидат, Митрохину вместо запланированных 12 нарисовали целых 16%, а Делягин, напротив, съехал с проектного третьего места на шестое, набрав всего 4%. Самое же главное — все зафиксированные С. С. Митрохиным сильнейшие нарушения закона о выборах вообще не имели никакого смысла, поскольку не хватило полупроцента явки (и добросить никак нельзя было) и выборы были признаны несостоявшимися. С. С. Митрохину по примеру Л. П. Берия остается разве что наложить резолюцию на разведсообщении источника из ФСБ — «Стереть в лагерную пыль». [an error occurred while processing the directive]