[an error occurred while processing the directive]

«А» и «Ъ»: можно ли говорить правду про банки?


      GlobalRus.ru 22.10.04
      Антиномия неполного резервирования

      Решение Арбитражного суда г. Москвы, наложившего на издательский дом «Коммерсантъ» беспрецедентно разорительный штраф в 320 млн. 500 тыс. руб., живо комментируется наблюдателями, обращающими внимание на подоплеку случившегося. Тут и persona non grata, владеющая сегодня «Ъ» — что делает издание дополнительно уязвимым, тут и personae gratissimae, владеющие «Альфой», что, напротив, облегчает им расправу, тут и всегдашний перевод стрелок на кремлевскую администрацию, без которой, по предположению, не обходится ни одно скаредное дело, тут и суд, который, опять же по предположению, абсолютно независим и подчиняется только требованиям обкома etc.
      Что-то насчет бэкграунда мы знаем, что-то домысливаем, интересы значительных особ действительно могли повлиять на судебное решение, однако попробуем вынести все это за скобки и рассмотреть казус, как если бы всей этой увлекательной подкладки не было, а была всего лишь заметка некоторой абстрактной газеты о том, что некоторое абстрактное же кредитное учреждение испытывает трудности с выдачей вкладов клиентам. Последствия такой публикации в любом случае губительны для кредитного учреждения, причем они не зависят о того, была исходная заметка истинной или ложной, и очень мало зависят от качества, надежности etc. описанного в ней учреждения. Чтобы по итогам созданного прецедента за абстрактные рассуждения не лишиться конкретных штанов, забудем про альфу, бету, гамму etc., а возьмем два совершенно разнопорядковых учреждения. С одной стороны — какой-нибудь германский системообразующий гросс-банк (условно — «Дрезднер Банк»), с другой стороны — покойный «Хопер-инвест». Общего у них то, что хоть Дрезднер, хоть Хопер — учреждения с неполным резервированием, т. е. не способные одномоментно обналичить все вклады, буде они вдруг разом оказались предъявлены к выдаче. Сообщение же о том, что с выдачей есть трудности, немедленно и гарантированно порождает панику, вкладчики штурмуют отделения, и крах если и можно предотвратить, то лишь посредством сверхусилий, внешней помощи и, мягко говоря, нетривиальных мер типа придуманного задним числом 10% штрафа за досрочное изъятие вклада. Разница между гросс-банком и «Хопром» только в том, что гросс-банк, будучи исходно прочнее, будет трещать дольше и, возможно, из общих соображений ему не дадут упасть, а «Хопер», предоставленный своей судьбе, гикнется сразу. Но если гросс-банк спасать некому, в итоге будет тоже самое. Массовая паника плюс неполное резервирование — это сочетание, гарантирующее гибель. В этом существенная специфика банковского дела, потому что сколь угодно критические заметки о положении дел на заводе «Красный шестиугольник» или в газете «Центральная пчела», конечно же, попортят владельцам крови и, возможно, причинят убытки, но не приведут тут же и сразу же к самораскручивающейся массовой панике — тогда как заметка про банк, работающий со средствами физлиц, такой эффект даст обязательно. Крик «Пожар!» в переполненном театре — и дальнейшее понятно, причем вне зависимости от того, была ли то чистая провокация или дымом уже вправду тянуло со всей силой.
      Сама исходная заметка в «Ъ» «Банковский кризис вышел на улицу» представляется сугубо неподсудной. Факты изложены точно, задница всюду, где надо, прикрыта — и то сказать: не первый год замужем, а мастерство не пропьешь. Единственная реальная претензия к газете, с которой мог бы выступить истец — та, что бывают случаи, когда обнародование чистейшей правды убийственно для кредитных учреждений, а если эти учреждения — системообразующие, то и для хозяйства страны в целом. С осени 1929 г. германское хозяйство еще как-то держалось, покуда летом 1931 г. не рухнул системообразующий Дармштадтер Банк, после чего в разнос пошло все — и, публикуя правду, желательно держать в уме и эти соображения.
      Другое дело, что тут мы сразу попадаем в трудную антиномию, в которой сталкиваются два императива. С одной стороны, есть случаи, когда говорение правды приводит к совершенно губительным последствиям, с другой — если журналистика вообще и экономическая журналистика в частности не говорит правды о существеннейших обстоятельствах, т. е. не исполняет профессиональных требований, то зачем она вообще нужна. Да, бывают ситуации в жизни (очевидно, и в журналистике), когда нет другого выхода, как изображать балет на тонущем корабле — потому что паника на тонущем корабле еще хуже. Но превращать журналистику в постоянный балет (а именно таким может быть прецедентный смысл решения по иску «Альфы» к «Ъ») — это тоже никак не решение проблемы. На первый взгляд, банкам ( а по аналогии — и другим хозяйствующим субъектам, ибо чем же они хуже банков, тем более, что собственно банковская специфика казуса никак внятно не проговаривалась) сделается приятно, если про них, как про покойников, будут говорить или хорошо, или ничего. Но только на первый, ибо если некоторый субъект хозяйства и политики, будучи вроде бы живым, приобретает статус почетного покойника, то и отношение к нему соответствующее. Может быть (не обязательно) почтительное, но в любом случае — весьма и весьма отстраненное. Что не вполне сообразуется с требованиями ритейлового бизнеса.
      В принципе сторона истца могла бы заметить, что балет на тонущем корабле — это весьма распространенный обычай. В странах, именуемых цивилизованными, зачастую наблюдается замечательная сдержанность СМИ по поводу мыльных пузырей, схлопывание которых представляется неизбежным. Можно допустить, что имеет место некоторое молчаливое соглашение по замазыванию неприятной реальности — чтобы не валить собственную экономику самосбывающимися прогнозами. Правильно исполнять такие соглашения или неправильно — вопрос отдельный и сложный, но в любом случае речь идет об обычае, а не о положительном праве. Соглашения суть результат сговора, молчаливого взаимопонимания, представления насчет «общей лодки» etc., а не скандально-запредельных штрафов, накладываемых к тому же при таком бэкграунде, который во многих вселяет подозрения насчет истинных мотивов решения. Компромисс элит достигается не в суде.
      Сложилась уже устойчивая традиция, когда реальная и насущная проблема антиномического характера — все стороны в чем-то правы, в чем-то неправы, а идеально-однозначного решения нет, — совместное преодоление которой могло бы значительно улучшить и общественную атмосферу, и хозяйственные перспективы, решается самым грубым и безобразным способом. То есть вовсе не решается, а только загоняется вглубь на тяжкую головную боль грядущим поколениям. Таким стало дело «ЮКОСа», таким же — mutatis mutandis — становится дело «Ъ». Там — на десятилетия вперед обгадили само понятие социальной ответственности бизнеса, сведя его к вульгарной начальственной распиловке вкусного кусочка частной собственности. Здесь — не менее успешно обгаживается понятие социальной ответственности СМИ, о которой после триумфов «Альфы» над «Ъ» и говорить становится неприлично.

      http://globalrus.ru/comments/138632/ [an error occurred while processing the directive]