[an error occurred while processing the directive]

Либеральная весна


      Известия № 22.4.04.
      На Святой неделе, когда весна, которая, казалось, никогда не придет, наконец-то вступила в свои права, весенний дух обновления коснулся и политики. Пребывавшие более или менее не у дел политические деятели либерального направления учредили под главенством демократов Рыжкова 2-го и Задорнова 2-го клуб «Демократическая альтернатива», призванный выступать с различными полезными общественными инициативами. Учреждать такого рода клубы в апреле — самое правильное дело, поскольку тут очевидна стилистика либеральной весны. То ли весны, расцветшей более 100 лет назад, в начале XX века, с ее кадетскими истоками и либеральными банкетами, то ли весны второй половины 80-х, когда при благожелательном попустительстве властей обильно расцветали неформальные объединения и клубы в поддержку демократической перестройки — «дней Михаиловых прекрасное начало». Если при этом общий политический тренд обнадеживающе-обновленческим никак не назовешь, то что же, тем приятнее: «Так поздней осенью порою// Бывает день, бывает час,// Когда повеет вдруг весною» etc.
      Опять же при возможном более или менее критическом отношении к иным участникам мероприятия оснований для непреодолимого отчуждения — «Чур, чур меня!» — к затее в целом нет, и на известную поддержку новый клуб демперестройки вполне может рассчитывать. Вполне здравой была идея учредить вменяемую версию «Комитета- 2008». Члены «2008» были глубоко несправедливы, когда грубо отказались принять в свои ряды В.И. Новодворскую, — как будто члены комитета Е.Г. Боннэр, В.К. Буковский, да и сам председатель Г.К. Каспаров в смысле адекватности и рассудительности чем-то отличались от Валерии Ильиничны. В клубе Рыжкова и Задорнова справедливость вернула себе свои права — В.И. Новодворской там нет, но и эквивалентных ей общественников — тоже. Умеренная оппозиция времен раннего Горбачева, как и было сказано.
      Даже тесные дружеские и служебные связи некоторых членов оппозиционного клуба с Кремлем не могут (до поры до времени, естественно) служить препятствием ценному начинанию. Если в 1987 году какой-нибудь демперестроечный клуб создавался под эгидой Севастопольского РК ВЛКСМ, почему бы в роли направляющего и попустительствующего райкома не выступить 14-му корпусу Кремля? Опыт неформалов горбачевской эпохи показывает, что разборки на тему, кто там от какого комитета был агентом, если и возникали, то сильно задним числом, представляя скорее академический интерес.
      Повод для размышлений совсем в другом. И либеральные банкеты начала прошлого века, и неформальные объединения конца эпохи СССР действовали, когда представительных учреждений не существовало. Либо юридически — самодержавие до 1905 года, либо фактически — ибо советы разных уровней, избранные еще при Андропове-Черненко, никто в таком качестве не рассматривал. Банкеты и неформалы были спонтанным творчеством масс (или же элит — не важно), восполняющим пустующую нишу. Когда сегодня даже и вполне лояльное клубное творчество развивается по той же модели, это значит, что представительных учреждений, призванных наряду с прочим исполнять ту же функцию демократической альтернативы, опять фактически нет. Когда в клуб записывается председатель комитета Совета федерации по международным делам, это вроде бы и мило, а на конец того — странно. Невозможно представить себе подобное в странах, где верхняя палата является авторитетным и властным учреждением, — просто потому, что сенатский комитет, решающий вопросы войны и мира, посылки войск, дружбы или вражды с иными державами, создает такую нагрузку для заседающих в нем, такое количество требующих решения альтернатив (уж лучше бы поменьше), что на содержательную работу в неформальном перестроечном клубе нет ни сил, ни надобности. Если же невостребованные силы есть, и притом в большом количестве, это уже само по себе является характеристикой верхней палаты. Что до нижней палаты, то сам ее председатель Б.В. Грызлов указал, что «Дума — не место для политических дискуссий». Итак, пойдем в клуб.
      Но ситуация, когда официальные учреждения не в состоянии исполнять предписанную им обязанность выработки и обсуждения решений, а занимаются этим неформальные клубы, не может быть устойчивой: ничтожество конституционных палат делается слишком наглядным. В неустанном кремлевском партстроительстве — «Твори, выдумывай, пробуй!» — есть та слабость, что делается непонятной судьба прежних плодов успешного творчества. Как в анекдоте про цыгана: чем прежних вымыть, лучше новых нарожать. [an error occurred while processing the directive]