[an error occurred while processing the directive]

Праздничный соблазн. — Чины III и IV класса. — Симфония-light. — Нечистое место. — «Окропить помещение!». — Отвергнутая дружба.


      Известия № 17.4.04
      На Страстной неделе атеисты и богоборцы пребывают в состоянии особого раздражения и даже ожесточения по отношению к христианской вере. Это может быть объяснено народными преданиями, гласящими, что цепи, которыми скован антихрист, на Страстной делаются тонкими, как паутина, и сын погибели готов уже с них сорваться (что и усиляет дух богоборчества), но с первыми звуками пасхальной затурени они снова становятся крепче крепкого. Возможно и менее мистическое объяснение — в последнюю неделю перед Пасхой даже и люди, весьма неисправные по этой части, в меру сил отдаются молитве и посту, а СМИ переполнены сообщениями на религиозные темы. Такие оргии фанатизма не могут не раздражать сознательных безбожников, тем более, что по существу возразить особенно нечего — не уподобляться же комсомольцам 20-х гг, мяукающим в пасхальную ночь. В этом году из снисхождения к недоброжелательному состоянию безбожников был специально приготовлен радостный для них соблазн. Святейший Патриарх в конце заутрени подошел к В. В. Путину и воцерковившимся М. Е. Фрадкову и Д. А. Медведеву и, начав архипастырскую речь словами «Ваше Превосходительство!» отметил важность таких событий, как назначение М. Е. Фрадкова премьером и избрание В. В. Путина на второй президентский срок.
      События в мирском смысле и вправду довольно важные, но сравнительно с восстанием Христа из мертвых, прославляемым в пасхальную ночь, данные события могут показаться уже и не столь значительными, чтобы «Воскресение Христово видевше», тут же поздравлять Его Превосходительство с политическими успехами. В таком завершении заутрени можно было бы усмотреть возрождение византийской симфонии священства и царства, но смущает избранная Святейшим манера обращения к высокому собеседнику. «Вашим Превосходительством» титуловали чинов 3 и 4 классов, что по военной табели соответствует генерал-лейтенанту и генерал-майору, по табели же придворной и гражданской — шталмейстеру, егермейстеру, обер-церемонимейстеру, тайному советнику (3 кл.) или же действительному статскому советнику, камергеру (4 кл.). Симфония первосвятителя и действительного статского советника — это если и дух суровый византийства, то сильно редуцированный. Конечно, чуждая византинизму либеральная общественность избирает еще менее удачные способы титулования — политолог М. Ю. Урнов, например, объявляет, что «наше государство должно быть наемным менеджером, а не хреном с горы», однако один соблазн, пусть больший и сильнейший, не может служить полным извинением для другого искушения.
      Поскольку за время своего существования Дума оказывалась вместилищем куда более грубых и откровенных соблазнов, депутаты от «Родины» тт. Чуев и Крутов усмотрели причину этого в том, что бывшее здание Госплана СССР при отдаче его под нижнюю палату не было правильно освящено. В результате «за прошедшие десять лет Госдуму не раз преследовали неудачи, деятельность ее не раз омрачалась противостоянием и конфликтами... возникали даже силовые конфликты между отдельными депутатами». Ошибку исправить никогда не поздно, и депутаты предлагают в мае, в торжественной обстановке освятить помещение. Инициатива членов «Родины» вызвала неоднозначное отношение. Председатель Думы Б. В. Грызлов изъяснился с максимальным изяществом — «Возможности, которыми обладает РПЦ, могут быть использованы и на территории Думы», тогда как единоросс и профсоюзный вожак т. Исаев оказался склонен к секуляризму — «освятить все здание — я против этого, у нас страна многоконфессиональная». Впрочем, как указал т. Исаев, «каждый из депутатов, кто верит, может окропить свой кабинет».
      Последний совет представляется наиболее уместным, поскольку, заостряя внимание на конфликтах, случившихся в неосвященном пространстве, члены «Родины» забыли указать, что, кроме конфликтов, в здании Думы получили распространение также и случаи, напротив, чрезмерного согласия между депутатами и представителями лоббистских структур, склонявшими законодателей к принятию желательных им решений. Между тем последствия общения государственных людей с настойчивыми лоббистами порой бывают самыми драматическими, как можно видеть из культового романа — «На просьбу не валять дурака, а рассказывать, как попали доллары в вентиляцию, Никанор Иванович стал на колени. «Желаете, — промычал он, — землю буду есть, что не брал? А Коровьев (речь идет об эффективном лоббисте. — М. С.) — он черт». Вслед за чем комнату огласил «дикий рев Никанора Ивановича — «Вон он! Вон он за шкафом! Вот ухмыляется! Держите его! Окропить помещение!». С принятием рекомендации Никанора Ивановича и членов «Родины» козни эффективных лоббистов будут отражены, и отпадет надобность обращаться к депутатам с призывом «Сдавайте валюту!».
      Но похоже, что еще до принятия официального решения по этому поводу, председатель думского комитета по международным делам К. И. Косачев окропил служебное помещение в Охотном ряду, благодаря чему сумел избежать встречи с рвавшимся в Думу американским конгрессменом Томом Лантосом. Народный депутат США составил законопроект об исключении РФ из G8, после чего направился в наказуемую им страну, чтобы дружески пообщаться с думцами, но те не выписали ему пропуска, и поездка в Россию завершилась размышлениями у парадного подъезда. Конгрессмен, считающий себя «лучшим другом России», счел такое обращение с собой «детским и недостойным». По его мнению, «чтобы критиковать определенные тенденции, нужен друг. Ведь если вы очень сильно поправились, то нужен друг, который бы вам сказал: вы знаете, а вы ведь здорово поправились, не надо так много есть, вам надо похудеть».
      Лучший друг не в состоянии отличать критику от санкций. Одно дело — дружески указать на неправильность поведения, другое дело — поразить критикуемого в правах. В этом случае конгрессмену лучше было бы сравнивать себя с любящим отцом, который подвергает порке непослушного сына, не переставая его при этом любить. Однако отец сечет сына (вар.: любящий барин сечет мужика), поскольку он обладает над ним властью, тогда как дружба по определению равноправна и исключает властвование. Услыхав, что у дверей Думы стоит американский гость, движимый любящими чувствами — «Мне вас жалко: // Вы сгинете вконец, // Но у меня есть палка, // И я вам всем отец» — устрашившиеся члены комитета по международным делам заперлись от гостя, и отец, непризнанный злыми детьми, пошел изливать свое огорчение на радио «Эхо Москвы». [an error occurred while processing the directive]