[an error occurred while processing the directive]

Перестроечный дискурс. — Николай I как провокатор. — Дом и содом. — Немецкие народные обычаи. — Ось «Париж — Берлин». — Диалектика двоякого греха.


      Известия № 11.10.03
      Председатель ЦИК т. Вешняков А. А. может праздновать новую победу над черным пиаром. Поскольку со спорами насчет партийных программ все по-прежнему неясно — не содержат ли эти споры признаки запретной агитации? — полемическая энергия изливается на все, что угодно, но только не на выборы. В этом отношении ретроспективные дебаты, таковых признаков лишенные, куда удобнее, и — совсем как во времена ранней перестройки, когда спорили о Бухарине — политические баталии облеклись в споры о событиях 1993 г., ибо жанр воспоминаний о кризисах десятилетней давности т. Вешняковым А. А. пока что не отрегулирован. Лидер гражданско-демократических сил Г. А. Явлинский не мог остаться в стороне от дискуссии, указав, что «вместо диалога Ельцин и его команда сознательно шли на обострение конфликта, прибегая, в том числе и к умышленным провокациям». Кто помнит, в каком душевном состоянии находились весной-летом 1993 депутаты ВС РФ, а равно миролюбивый Р. И. Хасбулатов и рассудительный А. В. Руцкой, тот, возможно, и усомнится в том, что для обострения этого состояния были нужны какие-то дополнительные умышленные провокации. Но, вероятно, Г. А. Явлинский оказался под влиянием учения о том, что весь осенний кризис 1993 г. был результатом коварной провокации, имевшей целью побудить ВС РФ к отчаянным действиям, чтобы, используя полученный повод, перейти к авторитарному способу правления и произвести грабительскую приватизацию.
      Поскольку вполне возможно, что в рамках дополнительных гарантий избирательных прав граждан дебаты о новейшей истории России также будут отнесены к черному пиару, нужно заранее готовить позиции для отхода, и на следующих выборах можно будет предаться не менее убедительному разоблачению императора Николая Павловича, чьи действия во время декабрьского кризиса 1825 г. носят не менее явный провокационный характер. С 19 ноября, когда при малопонятных обстоятельствах ушел из жизни Александр I (скорее всего, как заметят конспирологи, не без помощи братьев Константина и Николая), и вплоть до 14 декабря Николай умышленно провоцировал политический кризис, занимаясь непонятной перепиской с сидевшими в Варшаве Константином и женой его Конституцией, а силовые структуры и региональные лидеры не понимали, кому следует присягать.Спровоцированные Николаем лидеры тайных обществ вывели войска на Сенатскую площадь, посредничество митрополита (патриаршества тогда в России не было) окончилось неудачей, и тогда император расстрелял восставших, учредил авторитаризм, начал войну в Чечне и произвел приватизацию («смелые грабили явно, трусы тащили тайком»). По прошествии лет суть николаевского заговора очевидна, и остается ждать плодотворной дискусии с полнейшим разоблачением.
      Хотя при несомненном сходстве обоих заговоров наша новейшая и та старинная эпохи все же различаются — например, качеством гражданственной лирики. Начальник главного управления международного военного сотрудничества МО РФ генерал-полковник Л. Г. Ивашов, каковую должность он занимал до 2001 г., еще в 1993 г. написал стихотворение, где именовал Б. Н. Ельцина «Иудой» и «нечистой силой». Поскольку до 31 декабря 1999 г. нечистая сила была верховным главнокомандующим, находящийся в строю ген. Ивашов должен был беспрекословно исполнять ее приказы, что его сильно должно было тяготить, однако же он стойко переносил тяготы и лишения нечистой силы или же — как знать? — в духе новейших либеральных учений исходил из того, что присяга — вещь условная. Более странно другое — в стихотворении поминается «Белый дом, превращенный Иудой в горящий содом». До сих пор уничтожение Содома огненным дождем рассматривалась как Божья кара за грехи его обитателей, и при всей привлекательности рифмы «дом-содом», ген. Ивашову, как стороннику Руцкого — Хасбулатова, несообразно сравнивать защитников Конституции с жителями содомскими.
      Тем временем предприниматель Е. Н. Батурина, чуждая предвыборной суеты, занимается делами чести. Поверенный предпринимателя адвокат Штейнберг намерен потребовать от журнала «Коммерсантъ-власть» опровержения публикации, в которой на вопрос «Вам Лужков (супруг предпринимателя. — М. С.) не надоел?» бывший посол ФРГ в РФ герр Ландрут отвечал, что немыслимо, когда супруга мэра возглавляет банки. Согласно Штейнбергу, герр Ландрут отрицает, что когда-либо такое говорил.
      Конечно, неправильно, что корреспонденты Ъ приводят слова значительных особ, не прикрыв задницу магнитозаписью — разве что они встречались с послом средь шумного бала, случайно, и диктофона не было под рукой. Но предмет иска все равно странен, ибо сама фраза — говорил ее герр Ландрут или не говорил — является полнейшим трюизмом. Ситуация, когда супруга, допустим, кельнского бургомистра вела бы в Кельне обширную предпринимательскую деятельность в тесном коммерческом взаимодействии с городской управой, является и в самом деле немыслимой, и утверждение это столь же банально, как утверждение, что немцы приветствуют друг друга словами «Guten Tag!». Разве что по итогам общения с адвокатом Штейнбергом посол сообщит, что такая семейная практика является для Германии совершенно обычной — тогда иск имеет смысл.
      Все это наводит на мысль, что, возможно, в содомском грехе есть и положительные стороны. Недавно во главе крупнейших европейских муниципий — Берлина и Парижа — встали Клаус Воверайт и Бертран Деланоэ, крепкие хозяйственники с нестандартной ориентацией, последствия чего оказались благотворными — обвинения в разных сомнительных негоциях, так громко звучавшие при прежнем гетросексуальном руководстве, отныне умолкли. В немалой степени это объясняется тем, что Воверайт и Деланоэ в силу понятных причин лишены возможности давать на неудобные вопросы исчерпывающий ответ «У меня жена предприниматель». С другой стороны, они — ребятушки пытаные, ломаные, много перестрадавшие от варварских предрассудков, что побуждает их к сугубой щепетильности, ибо свирепые гомофобы всегда начеку. Так двоякий грех порой приводит к замечательной транспарентности. Конечно, рецепт не на все времена. Прогресс неостановим, в будущем именно такая ориентация станет стандартной, мужчины, вожделеющие к женщинам, напротив, станут подозрительным меньшинством, и тогда уже их, как людей бдительных и опасливых, надо будет двигать в муниципалы. Но до этого светлого будущего еще нужно дожить, а пока надо смелее пропагандировать новый метод сдержек и противовесов — «Хочешь жить как в Европе? Голубой мэр — залог прозрачности!». [an error occurred while processing the directive]