[an error occurred while processing the directive]

Павлик Морозов и Лешенька Мельников. — Подвиг юного активиста. — Чекисты-извращенцы. — Злейший еретик Пугачев. — «Козел-то был совсем православный!».


      Известия № 06.09.03
      Неустанно развивая вечно живое учение Карла Поппера об открытом обществе и его врагах, вернейший соратник великого философа Джордж Сорос пожертвовал 7 тыс. у. е. на восстановление музея Павлика Морозова в дер. Герасимовке. Хотя за давностью лет уже трудно разобраться, кто в большей степени — Павлик или же его суровые дядья — воплощал ценности открытого общества, а кто был этих ценностей непримиримым врагом, хуже Платона и Гегеля — в любом случае начинание Сороса представляется в высшей степени своевременным, ибо на днях судьба Павлика Морозова чуть-чуть не постигла депутата Думы Лешеньку Мельникова.
      Активист Павлик, как известно, составлял запросы в генпрокуратуру на своих родственников и односельчан, обвиняя их в должностных, а равно имущественных преступлениях, яблочный активист А. Ю. Мельников также составлял запросы сходного содержания. В последнем запросе он уличил А. Р. Коха в том, что тот продавал спецбанкирам из числа олигархов сельсоветовские чистые бланки с печатью, после чего те на залоговых аукционах завладевали колхозным имуществом. Однако, не успели в Генпрокуратуре принять сигнал активиста к действию и аннулировать сделку по «Норильскому никелю», как на следующий день после подачи запроса активист направил озадаченному В. В. Устинову новое донесение — «В связи с необходимостью уточнения отдельных содержательных позиций моего депутатского запроса №МАЮ-695, а также изменения некоторых формулировок отзываю указанный депутатский запрос». Не ограничиваясь отзывом запроса, активист А. Ю. Мельников произвел на страницах прессы покаяние, по степени униженности сравнимое лишь с аналогичными текстами времен Павлика Морозова. В последующие годы каялись и вообще мало, и при этом как-то сухо и заученно, тут же боль изливалась из сердца — «Нужно находить другие методы борьбы, не затрагивающие интересы российской экономики. И уж конечно, проявлять достоинство в отстаивании своей позиции. Ни того, ни другого мной сделано не было. Благодарен (..) за своевременное напоминание о необходимости, фактически, гораздо большей ответственности при отстаивании тех или иных экономических или политических позиций».
      В дер. Герасимовка двоюродный брат Павлика Данила и родной дедушка Сергей, отчаявшись убедить пионера в том, что нужно находить другие методы борьбы, и в необходимости, фактически, гораздо большей ответственности, совершили над ним в лесу злое дело. Теперь, к счастью, пионер пошел более понятливый, и поэтому идейно-политические дядья активиста Мельникова, а равно и прозрачные спонсоры пионера посредством кротких увещеваний быстро сумели произвести в его уме благодетельную перемену.
      Проблема тут не в активисте, о котором мы не узнали ничего нового. Строчением и рассылкой во все инстанции объемистых текстов, более свидетельствующих о плодовитости, нежели об уме их автора, А. Ю. Мельников занимался все десять лет своего депутатства. Проблема в том, что прозрачный спонсор «Яблока» М. Б. Ходорковский где-то за две недели до случившейся с пионером трагедии публично рассуждал о том, что видит А. Ю. Мельникова на высоких должностях типа премьерской и даже выше, то есть готовил славное поприще человеку, не способному даже сообразить, что в нынешних условиях требовать пересмотра итогов залоговых аукционов — это не совсем то дело, которым уместно и разумно заниматься партии, находящейся на содержании «ЮКОСа». Собравшись властно ставить премьеров и президентов, хорошо бы для начала знать о своих креатурах и их талантах хотя бы то, что известно любому думскому корреспонденту.
      Поэтому будет разумно и правильно, если прозрачные спонсоры предпочтут бестолковому активисту Мельникову в высшей степени толкового журналиста А. В. Минкина, зачисляемого в список яблочных кандидатов. Этот всегда исполнял обязанности сикофанта по-военному четко, в полном согласовании с начальством и без всякой отсебятины.
      Менее понятно, с каким начальством и что согласовывал крупный политолог Г. О. Павловский, давший симметричный ответ политологам Белковскому и Дискину на их июльский доклад про зреющий заговор олигархов. В ответной аналитической записке Павловский установил, что измена в самом деле зреет, но не среди олигархов, а в самом Кремле, где куратор документооборота т. Сечин и куратор кадровой политики т. Иванов предались «политическим извращениям» и «попали под контроль финансовых спекулянтов». Причем финансисты не только склоняли подкупленных ими чекистов-извращенцев к традиционным формам перверсии, как то: наезды на конкурирующих финансовых спекулянтов, но и выступали в роли откровенных ересеучителей. Наиболее зловещую роль тут сыграл банкир С. В. Пугачев, желающий «опираться на упрощенное и превращенное и идеологию православие».
      Записка сочинялась в видах конкретных политических нужд, а не для устроения богословских прений, но было бы интересно узнать, каким именно образом президент «Межпромбанка» упростил православие: отверг догматы и если да, то какие? реформировал богослужение? учредил женатый епископат? прибил к дверям ХХС свои «99 тезисов»? Даже и не в познавательном, а в чисто пропагандистском смысле было бы полезно показать, что православный банкир — не только кремлевский интриган (что догматам веры впрямую еще не противоречит), но еще и сосуд диавольский, смущающий россиян всякими соблазнами и беззакониями (что противоречит очевидным образом). Будем ждать, покуда в ФЭПе накатают вторую, теологическую часть служебной записки, после чего С. В. Пугачеву, С. В. Белковскому и И. Э. Дискину провозгласят анафему.
      Впрочем, охотников упростить православие и без Пугачева довольно. Священник Нижегородской епархии за 500 у. е. обвенчал содомитов Д. Гоголева и М. Морозова, чем, с одной стороны, существенно упростил православие, освободив его от соблазнительных и устаревших запретов, с другой — показал, что, вопреки сложившемуся мнению, православие отнюдь не стоит тормозом на пути истинно-либерального развития России и в лице отдельных своих представителей вполне может достигать зияющих высот протестантской етики, которая таковые обряды дозволяет. Хотя еще в одной из русских заветных сказок, священник, за известное количество у. е. отпевший козла, успешно обратил в протестантскую етику призывавшего его к ответу епископа словами «Владыко, козел-то был совсем православный и перед смертью тебе 300 у. е. отказал». [an error occurred while processing the directive]