[an error occurred while processing the directive]

Кризис в органах внутренних дел необратим


      GlobalRus.ru 08.07.03
      (Редакционный вариант названия:
      «Товарищи милиционеры должны стать господами полицейскими»)


      Политтехнологическая вакханалия последнего десятилетия, удачно, впрочем, наложившаяся на глубокую советскую традицию бдительно читать между строк, прозревать тончайшие детали скрытной схватки бульдогов под ковром etc., породила распространнейший ныне тип сознания, носитель которого органически не в состоянии за деревьями видеть лес. Естественный, казалось бы, взгляд на события — «Что случилось? какие проблемы и опасности это породило? что с этими проблемами делать?» — у носителей этого сознания практически полностью утрачен. Любое явление природы и общественной жизни рассматривается ими исключительно в плане того, кто заплатил за высказывание данной мысли (хоть бы она была проста, как мычание) и какие выгоды жиды, Сурков, мировая закулиса, «Единая Россия» (нужное выбрать) намереваются из данного явления извлечь. Объективной реальности, существующей помимо политтехнологий, для носителей такого сознания больше не существует.
      Нынешняя облава на милиционеров интерпретируется в том же ключе: кто кого подсидел? кто какие пропагандные выгоды извлек или пытается извлечь? — с тем неизбежным выводом, что все это не более, чем очередной спектакль для сведения мелких счетов и обдуривания простецов. Тому, кто так рассуждает, приятно чувствовать себя всезнающим, как змея, беда лишь в том, что такого рода охлажденно-змеиное всезнание слепо ко всем тенденциям и закономерностям, выходящим за пределы примитивных инстинктов голода и власти. Есть, однако, такое понятие, о котором всезнающие не ведают, и называется оно «ирония истории». Выражается оно, наряду с прочим, еще и в том, что спектакль, затеянный с самыми мелочными целями, весьма часто, помимо воли его организаторов, оборачивается чем-то много более серьезным. Когда люди, пережившие горбачевскую перестройку и ее последствия, оказались неспособны даже на примере этого исторического катаклизма усвоить, что малый пиар порой приводит к большим последствиям, трудно оценить обучаемость этих людей иначе, как чрезвычайно низким образом.
      Тем более, что даже в PR-категориях поимка оборотней-- дело в высшей степени серьезное. О милиции вообще, об органах вообще и ныне, и прежде говорилось много, но столь явного и публичного удара по органам внутренних дел не было ровно полвека. Последний раз PR-кампания такой силы была организована 26 июня 1953 года, когда арест Л. П. Берия сопровождался чисткой в руководстве органов («бериевский поток»), причем об этих арестах писали в газетах. Можно, конечно, и тут свести все к разговорам про смертельную схватку сталинских диадохов (ибо схватка в самом деле была и в самом деле смертельная), можно рассуждать об имманентном и вечном чекизме, но любой объективный исследователь не может игнорировать того обстоятельства, что, чем бы ни была вызвана чистка в органах, и как бы там ни обстояли дела с имманентным чекизмом, но органы начала 1953 года и органы послесталинской эпохи — это две большие разницы. Очень может быть, что термидорианцы 1953 г. ничего такого не имели в виду, но их PR-борьба с бериевской группировкой, наложившись на всенародную, стопятидесятимиллионную ненависть к органам, дала итоговый эффект. Органы были «возвращены к ленинским нормам» — на замысловатом языке того времени это означало, что, по крайней мере, тотальный беспредел учреждения был пресечен и остановлен. Наглядный пример того, как схватка бульдогов под ковром порой приносит немалую пользу.
      Сегодняшний пиар происходит в условиях, может быть, не столь жгучей, но не менее массовой — все той же стопятидесятимиллинной — ненависти к товарищам милиционерам. Пиар — не пиар, но Грызлов коснулся обнаженного нерва, и стандартная логика PR-мероприятий — потетешкали и бросили, придумаем теперь что-нибудь новое — при работе с оголенным и дергающим нервом не действует. Расковыряв, надо что-то с этим делать.
      Причем делать надо быстро и всерьез, потому что оба варианта, базирующиеся на чисто пропагандной логике (сворачивать пропаганду, ставшую слишком опасной или, поскольку сворачивать нельзя, продолжать разоблачения в том же духе) равно опасны.
      Сворачивать — значит сперва затронуть самые больные народные чаяния, чтобы затем расписаться в своем полном бессилии и несерьезном отношении к той опаснейшей общественной язве, которую представляют собой разложившиеся силовые структуры. На таком бессилии и несерьезности подгорит самый тефлоновый рейтинг. А когда начнет гореть 70%-й, т. е. очень задранный рейтинг спуск скорее всего будет не плавный, а резкий — чтобы не сказать: обвальный.
      Продолжать разоблачения, только ими и ограничиваясь — такая методика имеет тот недостаток, что, добивая разложившуюся структуру, правители фактически ничего не предлагают взамен. Но государственная власть в конечном счете базируется на готовности к повиновению. Чем дальше и хлеще пойдут разоблачения, тем труднее будет при этом требовать, чтобы подданные безусловно повиновались оборотням. Тем более — при общенародном убеждении, что пойманные милиционеры — вовсе не редкостные выродки, а вполне типичные представители. Простой пример: сегодня самый заведомый и отъявленный наркоторговец при задержании тут же заявит, что героин ему подбросили милиционеры, заведомый бандит то же скажет о незарегистрированном стволе — и что прикажете с этим делать? Сейчас уже рушится (если не обрушилась) система вещественных доказательств и материальных улик (система признательных улик обрушилась давно), завтра обрушится само понятие неповиновения законным требованиям сотрудников правоохранительных органов, ибо какие у оборотня могут быть законные требования?
      Полицейский корпус надо спасать, ибо без него невозможно существование государства, но спусканием дела на тормозах и простым сворачиванием кампании правителям его уже не спасти, а только себя погубить.
      Несамоубийственный выход из так хорошо пошедшей PR-кампании — только один. Признать факт тотального разложения милиции. Объявить о переходе на систему нормального финансирования органов, при которой милиционер в принципе может не брать взятки (зарплата участкового от 300-400 у. е. в провинции, от 600-700 в Москве, система долгосрочных пенсионных, жилищных, медицинских льгот). Где взять деньги? — где хотите, хоть бы и там, где их хотели взять Дерипаска с Вольским — правопорядок задешево не учреждается, а существование государства того стоит. Одновременное устрожение УК по милицейским преступлениям с введением на ментовских зонах режима, близкого к каторжному. И пряник, и кнут — все это в рамках расформирования кразнознаменной милиции, как запятнавшей себя окончательным разложением, и учреждения на ее месте российского полицейского корпуса — городовые, околоточные, полицмейстеры.
      При таком резком перекладе руля, может быть, и удастся выйти из заноса. Альтернативу в виде нарастающего перестроечного хаоса мы проходили.
      http://www.globalrus.ru/all_actions/policia/133853/ [an error occurred while processing the directive]