[an error occurred while processing the directive]

Грызлов и Набоков


      Известия № 24.04.03
      «Единая Россия» упорно тиражирует лозунг о правительстве парламентского большинства. Похоже, для ЕР эта идея не из случайно промелькнувших, но из существенно важных. Конечно, прежде нужно уточнить, что имеется в виду — ведь и сегодня кандидатура премьера утверждается большинством Думы. Очевидно, Б. В. Грызлов и идеологи ЕР имеют в виду нечто большее — иначе зачем ломиться в открытую дверь. Это нечто большее вполне известно и называется парламентским способом правления. Как возгласил в 1906 г. лидер кадетов Набоков-старший (а теперь вслед за ним Грызлов), «власть исполнительная да склонится перед властью законодательной».
      Хорошо, пусть склонится. В конце концов, парламентская республика (так прямо и называемая или же обличенная в одежды европейской конституционной монархии — что дела никак не меняет) — это не какая-то сомнительная экзотика — подавляющее большинство действующих демократий именно так и устроены. Люди, рассуждая о демократии вообще, обыкновенно имеют в виду именно данную государственную конструкцию. Можно спорить об уместности и своевременности такой перемены государственного строя, можно сомневаться в готовности общества, можно просто бояться перемен — но сама по себе постановка данного вопроса вполне допустима. Не свирепый же фашизм предлагается учреждать.
      Проблема в другом: почему именно ЕР продвигает эту идею и к тому же с таким упорством? Если бы лозунг Набокова-старшего начертала на своих знаменах какая-нибудь (полу-) оппозиционная партия — КПРФ, «Яблоко», СПС — вопросов бы не было вообще. Парламентской партии естественно стремиться к полноте государственной власти, и эту полноту удобнее обретать в парламентской республике. Тем более, что ни одна из названных партий не специализируется на публичных клятвах в верности лично В. В. Путину и не объявляет его осью мироздания — в отличие от ЕР, которая и клянется, и объявляет.
      Клясться-то можно, но непонятно, как эти клятвы сочетать с практическими перспективами лично В. В. Путина и института президентства как такового. Ведь в парламентской республике всей полнотой государственной власти обладает премьер, тогда как президент — фигура чисто декоративная, и главная его обязанность — открывать цветочные выставки. Можно, конечно, представить, что в ЕР и во вдохновляющей ЕР администрации президента РФ решили: «Довольно В. В. Путину быть центром мироздания, пускай теперь открывает цветочные выставки» — но все-таки сомнение берет.
      Несообразность может быть объяснена тем, что идеологи ЕР смотрят дальше — в 2008 г., когда В. В. Путин уже не сможет баллотироваться в президенты, и с преемственностью власти возникнут проблемы. Если нужно подгонять закон под конкретную личность, можно действовать в лоб, разрешая отцу народа баллотироваться без ограничения сроков на уже занимаемый им пост (вариант Лукашенко и Лужкова), а можно действовать изящнее — так. чтобы прежний пост, на который уже нельзя избираться, захирел и утратил свою важность, другой же пост, куда избираться можно, в привлекательности, напротив, сильно выиграл. Несколько месяцев назад любитель идеи «путинского большинства» Г. О. Павловский вскользь обронил, что после 2008 г. может явиться и премьер В. В. Путин, а глава Башкортостана М. Г. Рахимов даже и реализовал эту идею на практике, превратив Башкирию в парламентскую республику. Кстати, если во главу угла ставить срок пребывания у власти, то парламентский способ правления предпочтительнее, ибо там ни законодательство, ни политические обычаи не ставят никаких ограничений. Аденауэр был канцлером четырнадцать лет, Коль — пятнадцать.
      Скорее всего, пропагандируя правительство парламентского большинства, ЕР имеет в виду не то, что в результате президент В. В. Путин будет открывать цветочные выставки, а премьер Б. В. Грызлов будет обладать всей полнотой власти во внешней и внутренней политике. Более вероятно обратное пожелание — цветочными выставками будет заниматься президент Б. В. Грызлов, а всей полнотой власти будет обладать премьер-министр В. В. Путин. В этом случае и все клятвы на личную верность сохранят свою уместность.
      Другое дело, что, как это всегда выходит с политтехнологиями, гладко будет лишь на бумаге. Как ни клянись В. В. Путиным, переход от персоно-ориентированного выбора к структуро-ориентированному простым не бывает — тем более в стране с устойчивой царистской психологией. Если что пойдет не так, двоевластие со всеми его прелестями обеспечено. Впрочем, когда же профессиональные разрубатели гордиевых узлов принимали в расчет побочные эффекты. [an error occurred while processing the directive]