[an error occurred while processing the directive]

Наказанный порок и торжествующая добродетель. — Разные воззрения на мюнхенский сговор. — Богач и Лазарь. — «Нам покорны и горы, и реки».


      Известия № 7.12.02
      Торжество правовых принципов состоялось сразу в двух балтийских странах. В Дании артист Ахмед Закаев, сразу после «Норд-Оста», указывавший, что отчаявшийся чеченский народ тем не ограничится и, если ЕС не пропишет Путину кузькину мать, то отчаяние может распространиться и на атомные электростанции России и Европы, был отпущен на волю, ибо мало ли чего может человек сгоряча сказать — не сам же он во главе праведных шахидов направлялся реакторы взрывать. В Латвии работник детского сада Василий Гилько был, напротив, приговорен к восьми месяцам условного срока по статье «Угроза убийством» за то, что, ведя телефонную полемику с латышским борцом против русских оккупантов и их потомков Айварсом Гардой, завершил ее словами: «Ты заказан, козел!». Строго рассуждая, публично оглашенная угроза устроить ядерную катастрофу и тем самым лишить жизни множество людей не менее заслуживает срока (пусть бы даже латвийского условного), нежели приватные угрозы невыдержанного детсадовца Гилько. Однако, закаевский намек на то, что «Норд-Ост» это только цветочки, а будут еще и ягодки, был выдержан в крайне корректных выражениях, и козлом артист никого не называл — за каковую воспитанность и был произведен в герои европейской общественностью. Достойный урок всем грубиянам.
      Дело, впрочем, не только в похвальных личных качествах Закаева, но и в политическом прецеденте огромной важности. Ичкерийская дама-патронесса Ванесса Редгрейв указала, что «правительства европейских государств должны признать законно избранное руководство Чечни», ибо «ни одно демократически избранное правительство в Европе не может считать себя в безопасности, покуда не будет этого признания, потому что иначе устранено может быть любое правительство».
      С тем, что масхадовское руководство, с самого начала своего существования и до сего дня непонятно что контролировавшее (ибо территория, полностью находившаяся под контролем Масхадова, в точности равнялась площади его стоп) — это то же самое, что правительство Ее Величества Елизаветы II, что германский кабинет министров etc., еще можно согласиться, хотя это и не для всех очевидно. Труднее понять другое. Положим, законно избранное руководство независимой Чечни было устранено осенью 1999 г. в результате внешней агрессии со стороны России. Какой именно агрессор собирается по российскому образцу устранять европейские правительства? Единственно логически допустимое предположение — что этот Россия и есть этот агрессор, собирающийся силами одного десантного полка устранять правительства в Париже, Берлине, Лондоне и иных европейских столицах. Ибо кто же еще может такое устроить? Джордж Буш? Ху Цзиньтао? Саддам Хусейн?
      Некоторый комизм здесь в том, что исповедуемый русскими правыми тезис о чисто мюнхенской политике нынешней Европы — «миротворец это тот, кто кормит крокодила своими соседями в надежде, что тот съест его последним» — вполне разделяется и совершенно отмороженными европейскими левыми, а расходятся они в мнении о том, кто есть крокодил. Правым очевидно, что крокодил — это надвигающееся на Европу мусульманское иго, на фоне которого все евростроительные игры выглядят, как строительство детских замков из песка в полосе океанского прилива, предаваемый же сосед и союзник — это Россия, ведущая арьергардные бои с нашествием. Левым столь же очевидно, что предаваемый союзник — это Ичкерия, палестинские патриоты и тому подобная публика, а лютый крокодил — это Россия, которая вслед за Ичкерией немедленно сожрет и всю Европу. Правда, здесь, в России даже самые большие патриоты с самого большого перепоя идей о броске к Ла-Маншу нимало не высказывают, ну, да из Лондона и Парижа виднее.
      Тем временем «прекрасная незнакомка на территории между Европой и Азией», как поименовал Москву поэтический Ю. М. Лужков, продолжает являться мощным источником познания окружающей действительности. Председатель Мосгордумы В. М. Платонов указал, что пострадавшим от теракта на Дубровке надо сразу обращаться с исками к федеральному правительству, потому у московского правительства на это денег нет — «Планируя бюджет на 2003 год, мы не планировали таких расходов».
      Загодя планировать расходы, связанные с конкретным терактом, имевшим место 23 октября, действительно было бы странно, ибо такая предусмотрительность могла бы быть ложно истолкована. Тут Платонов не учел опыта украинских братьев, которые год назад в ответ на требование компенсировать ущерб родственникам погибших на борту «Тель-Авив — Новосибирск» столь же резонно отвечали, что эти компенсации не были заложены в бюджет. Непонятно лишь, почему Платонов полагает, что планировщики федерального бюджета были более предусмотрительны и такие расходы заранее прописали. Другая странность платоновской переадресовки в том, что у несведущего наблюдателя может создаться мнение, будто в московском бюджете все расходные статьи с кристальной прозрачностью расписаны до копейки и потому ловить там нечего, тогда как в бюджете федеральном такое изобилие разных загадочных фондов и столь велика доля никак не раскрываемых «прочих расходов», что в этом темном лесе изыскать несколько лишних миллионов у. е. — плевое дело. В реальности с прозрачностью статей все обстоит в точности до наоборот, и грести по таинственным сусекам столичного бюджета — дело гораздо более плодотворное. Другой вопрос, что не для того эти закрома родины создавались, чтобы из них какие-то еще компенсации платить.
      Впрочем, покуда В. М. Платонов прочувствованно пел Лазаря, его патрон Ю. М. Лужков ощутил себя Крезом и выступил с начинанием, тянущим, как минимум, на 30-40 миллиардов у. е. — он предложил построить канал длиной 2250 км, шириной 200 м и глубиной 16 м, по которому вода Оби будет транспортироваться от г. Ханты-Мансийска в Среднюю Азию. Когда говорят, что Ю. М. Лужков решил реанимировать остановленный во время перестройки проект переброски северных рек, это не совсем верно. Тот проект был куда более скромен и предполагал лишь переброску вод Сухоны, Печоры и Северной Двины в бассейн Волги, что же до великих рек сибирских, то даже амбиционное руководство СССР всерьез на это не замахивалось. Хотя В. В. Путин критиковал правительство РФ за недостаток амбициозности — передавая свой проект президенту Ю. М. Лужков этот недостаток с лихвой восполнил. Во Франции XVIII века одного вельможу спросили: «Как же Вы взялись управлять финансами королевства, когда Ваши собственные дела так расстроены?». «Именно поэтому я и взялся управлять финансами королевства», — отвечал вельможа. [an error occurred while processing the directive]