[an error occurred while processing the directive]

Пугало


      Известия №169 19.9.02
      Желание Ю. М. Лужкова восстановить на Лубянке памятник Ф. Э. Дзержинскому вряд ли имеет смысл обсуждать в плане моральном и теоретическом. Тем, кто понимает, что палачам памятников ставить не положено, и так объяснять ничего не надо, а тем, кто этого не понимает, все равно ничего не объяснишь. Здесь речь идет о действительно непреодолимых культурных различиях. Что имеет смысл обсуждать — это какая их там муха опять укусила, а равно и кто же именно эти они, укушенные мухой.
      С одной стороны, восстановление на Лубянке пугала могло быть придумано вовсе не Ю. М. Лужковым. В Кремле еще со времен Г. О. Павловского (которого хотя оттуда и попросили, но дело его живет) периодически носятся с «проектом «Реставрация», предполагающим обретение национальной идентичности и большой духоподъемности через восстановление инсигний советской эпохи — см. гимночистку 2000 года. Поскольку политтехнологам по должности предписано все время изобретать что-нибудь новое, вполне можно допустить, что в видах дальнейшей духоподъемности там изобрели и «проект «Феликс», а для большего изящества решили вбросить его через посредство столичного мэра.
      С другой стороны, может быть, и не стоит умножать сущности без необходимости. Список смелых замыслов Ю. М. Лужкова столь необъятен, а культурный вкус столь изящен и тонок, что вполне можно допустить и произвольное самозарождение идеи насчет Феликса в голове московского руководителя. Эстетические воззрения столичного начальства давно вызывают смех сквозь слезы, иногда к этому добавляются рассуждения насчет того, сколько все эти забавы стоят и кто на этом наживается, но деле куда серьезнее. Эстетика это симптом. Если человек способен даровать Шилову и Церетели статус Микельанджело и Рафаэля, тогда на что же он не способен? Хотя, конечно, человека с такой симптоматикой легко могли развести на Феликса и кремлевские интриганы. Намекнули, что ВВП будет премного доволен и приблизит к сердцу, после чего рьяный мэр тут же вспомнил про архитектурные доминанты.
      Но вопрос об авторстве и заказчике представляется не столь уж и актуальным на фоне гораздо более насущного вопроса — «А зачем?». От того, что очевидную глупость и гадость технологи называют звучным словом «проект», глупостью и гадостью она быть не перестает.
      Прежде всего заметим, что всякая более или менее твердая политика, направленная на отстаивание национальных интересов России, с неизбежностью сталкивается и будет сталкиваться с жесткой критикой как заграничной, так и внутренней. Когда речь идет о действительно насущных задачах, имеющих для России критически важный характер, и можно, и должно руководствоваться принципом «своей дорогою ступай, полают, да отстанут». Но если необходимость идти данной дорогой совершенно не очевидна, тогда кто бы объяснил, зачем надо провоцировать лай на пустом месте. Твердая и несмущаемая воля, направленная на решение реальной проблемы (Чечня, прекращение олигархического беспредела) — это внятный ответ: «Не запугаете». Но если демонстрировать волю в связи с каждым политтехнологическим начинанием, сколь бы идиотским оно ни было, в словах «Не запугаете» будет звучать уже не величие России, а одно тупое самодурство. Демонстративное унижение и своей, и зарубежной общественности не потому, что она неправа и ее требования зловредны и бесстыдны — но всего лишь в угоду жуликам-политтехнологам, осваивающим средства на очередной проект. После такого рода начинаний уже и самое несомненное дело будет рассматриваться в контексте самодурства.
      Не говоря о том, что главный объект проектов, т. е. электорат КПРФ давно к таким штукам иммунизировался. Уже два года назад мероприятия с гимном принесли профит лишь технологам, да семейству Михалковых. Левые никакого восторга не испытали. Тем более не испытывают они его сейчас. Их позиция — «сами восстановим после нашей победы, а от вас нам ничего не надо». В чем есть глубокая логика. Для сторонников старой доброй советской власти Феликс интересен не как бронзовое изделие, а как символ Госужаса, благо и Госужас тут же стоит — «на вид весьма красивый дом, своим известный праведным судом». Если настоящего Госужаса нет, а есть только малоэффективная контора, то и пугало оказывается не устрашающим символом, а всего лишь злой насмешкой, муляжом, оскорбительным для тех, кто помнит историю своей родины, и при этом неудовлетворительным для тех, кто ностальгирует по Госужасу.
      Так что затея с Феликсом — это больше, чем плевок в смеженные очи всех, замученных большевиками. Это еще и ошибка глупых технологов. [an error occurred while processing the directive]