[an error occurred while processing the directive]

Однако


      ОРТ 15.5.02
      Однако, здравствуйте. Судя по состоявшемуся в думе правительственному часу, в сокровищницу экономического искусства понятие «касьяновского прорыва» не войдет.

      Михаил Касьянова, председатель правительства РФ: «Прорывов никаких не будет. Я против каких-либо прорывов. У нас должна быть системная последовательная работа».

      Из кинофильма «Белое солнце пустыни»:

      – Пулемета, ребята, я вам не дам.
      Нечто подобное уже происходило в думе девяносто лет назад, в 1912 году. Депутат-националист В. В. Шульгин произнес горячую речь, требуя от правительства смело идти навстречу вызовам XXI (т. е., извините, тогда еще XX века) и обеспечивать прорыв. Закончил он речь словами: «Нам нужны в правительстве социальные Эдисоны». Услышав, что от него требуют сравняться в таланте с изобретателем лампочки Ильича, американцем Томасом Альва Эдисоном, председатель совета министров скромно отвечал: «Что же я могу сделать, если меня зовут не Эдисон, а всего-навсего В. Н. Коковцев». Такой вот был недостаточно амбициозный премьер — кстати, прекрасный финансист.
      С одной стороны, нехорошо, когда у премьера так не хватает амбиции, с другой стороны, всего через пять лет, году эдак в 1916-17, в России появилось такое несметное количество социальных Эдисонов, что можно бы даже и поменьше.
      У нас пока ситуация благодатного 1912 года. И сам премьер признается, что он никакой не Эдисон, и при этом никаких новых кандидатов на роль Эдисона не замечено. Допустим, что официальные и даже неофициальные источники темнят и не хотят называть имя амбиционного изобретателя, которому суждено изобрести прорыв. Но ведь и независимые аналитики, обладающие самой разнузданной фантазией, точно так же темнят и безмолвствуют. Покуда разговоры идут исключительно на уровне эмоционального «Хотим прорыв!» — без предъявления хоть какой-нибудь программы, хоть какой-нибудь команды, — что можно на это ответить? «Хотеть не вредно».
      Однако, все это очень хорошо и убедительно, но ведь при этом темпы роста и вправду недостаточны. Видя такое дело, М. М. Касьянов решил в виде утешения посулить парламентариям если не экономический прорыв, так хоть демографический. Станем жить лучше — станем больше рожать.

      Михаил Касьянова: «Во многих городах и на селе рождаемость уже начала повышаться. Начала повышаться. Эта тенденция — пока, может быть, не тенденция, но скоро станет тенденцией».

      Однако, вопреки распространенному мнению, нет никакой обязательной связи между ростом народного благосостояния и ростом рождаемости. В Советском Союзе самый высокий уровень благосостояния был в Эстонии — и при этом самая низкая рождаемость. А самая высокая рождаемость была в Таджикистане, самой бедной республике Союза. Да еще проще: откуда в сегодняшней Европе все эти проблемы с арабами, неграми и прочими ефиопами? Да оттуда, что большинство титульных наций Западной Европы — итальянцы, немцы, французы — это нации вымирающие. Рождаемость не компенсирует смертности, а прирост населения идет за счет мигрантов из третьего мира. Это при том, что по сравнению с нами, русскими, западным европейцам на благосостояние грех жаловаться. Так что хорошо бы ждать роста рождаемости в среднерусских областях, однако будем говорить правду. Спад рождаемости у русских пошел еще с 70-х гг., как раз при брежневском росте народного благосостояния, и с тех пор устойчиво продолжается. Если эту тенденцию и можно переломить, то вряд ли таким простым образом, как это представляется М. М. Касьянову.
      Однако, было бы нехорошо, если бы с процветающими немцами или французами нас объединяло только то, что и мы, и они — нации с отрицательным приростом населения, т. е. вымирающие. Нужно, чтобы нас объединяло и что-нибудь светлое и положительное. Этой важной задачей озаботился вездесущий Б. А. Березовский.

      Борис Березовский назвал «противоправным» решение о скорейшей передаче лицензии на телевещание «на шестой кнопке» компании «Медиа-социум» — об этом он заявил в эфире радиостанции «Эхо Москвы» . Являясь основным акционером Московской независимой вещательной корпорации — владельца ТВ-6, Борис Березовский собирается отстаивать свои права в Страсбургском суде, а после — в Верховном и Конституционном судах России. Как объяснил Березовский, его намерение обратиться в Европейский суд по правам человека продиктовано «глубоким желанием постепенно интегрировать Россию в Европу и помочь ей стать частью цивилизованной Европы».

      Нимало не подвергая сомнению культуртрегерские устремления Бориса Абрамовича, заметим, что судебный иск мог быть продиктован также и другим, еще более глубоким желанием.

      Из кинофильма «Жестокий романс»:

      – Так не доставайся ж ты никому!

      В результате судебных исков шестая кнопка надолго подвешивается в неопределенном положении, между тем команда Е. А. Киселева собиралась начать вещание уже 26 мая. Желание не допустить Киселева к честному труду на благо родины вполне очевидно, тем более, что даже в случае, если суды удовлетворят все иски Бориса Абрамовича, вещать ему на шестой кнопке будет физически нечем и некем. Полуторагодичная история телевизионной разрухи показала всем заинтересованным лицам, что принимать в чужом пиру похмелье совсем не так интересно. Да и вообще нынешние порывы высокопрофессиональной команды куда более мирные.

      Песня на митинге.

      – У нас дома детей мал-мала, да и просто хотелось пожить.
      Именно этому скромному желанию тележурналистов Борис Абрамович теперь намерен всеми силами противодействовать, пусть даже шестая кнопка и погаснет навсегда. Злопамятный человек, однако.
      Не менее благородный порыв двигал и другим кумиром прогрессивной общественности.

      На пленарном заседании Совета федерации были прекращены полномочия Руслана Аушева. 23 апреля, за четыре дня до президентских выборов в Ингушетии, Аушев выступил с критикой в адрес Совета Федерации, обвинив сенаторов в безучастном отношении к происходящему в Ингушетии — неурегулированному конфликту с Северной Осетией, положению беженцев из Чечни, вмешательству федерального центра в президентские выборы. «Совет федерации делает вид, что ничего особенного не происходит. Мы не хотим не только решать проблемы, но даже обсуждать их на своих заседаниях. В таких условиях невозможно заседать в таком Совете федерации», — заявил Аушев.

      Отчасти Аушев прав. В нынешних выборах президента Ингушетии было много чудесного. Проблема, однако, в том, что чудеса на ингушских выборах начались отнюдь не в апреле этого года, а лет десять тому назад, как раз с появлением ген. Аушева на тамошней политической сцене. Совершенно чудесные цифры появлялись там и на местных, и на думских, и на президентских выборах, однако, покуда Аушев сам разруливал чудесами, он, подобно нынешнему Совету Федерации, тоже делал вид, что ничего особенного не происходит. Благородное прозрение генерала случилось, когда чудесными выборами стали разруливать другие, а его попросили выйти. Выяснилось, что Аушевы приходят и уходят, а ингушские избирательные процедуры остаются.
      Однако, большую силу имеют в наших регионах народные обычаи. До свидания. [an error occurred while processing the directive]