[an error occurred while processing the directive]

Дваждырожденное общество. — «Contradicitur!» — Кивот последнего завета. — Новое о 1991 годе. — Генерал и артист. — Сила общественной защиты. — Предусмотрительный Скуратов. — Над Устиновым сгущаются тучи. — Стабильность телевизионного рынка превыше всего.


      Известия №218 24.11.01
      Подобно индийским браминам, гражданское общество в РФ может именоваться дваждырожденным. В один и тот же день состоялось целых два форума, знаменующих это рождение. Один состоялся в Кремле, где с гражданским обществом встречался В. В. Путин, другой — в вольном радиоэфире, где с обществом встречался Б. А. Березовский, ради этого торжественного дня торжественно кооптированный в члены политсовета «Либеральной России» — согласно саморекомендации ее руководителей, единственной в нашей стране партии, твердо и последовательно исповедующей либеральную идеологию. Все произошло в точности, как это предсказывалось в «Краткой повести об антихристе» В. С. Соловьева. Большинство мирян и иерархов гражданского общества, прельстившись различными соблазнами, признали императора (он же — В. В. Путин, а равно антихрист) единственным своим заступником и покровителем. Апостасия была бы полной и окончательной, если бы из Лондона не прозвучало решительное «Contradicitur!» и последователи истинного гражданского общества не удалились бы в пустыню, ведомые хранителем последнего завета (и политсовета) Борисом Абрамовичем.
      Тонкость духовных соблазнов, склонивших многие умы к отступничеству, выразилась в том, что программные высказывания, с которыми выступали кремлевский маг и чернокнижник Г. О. Павловский и твердо противоставший ему хранитель последнего завета Борис Абрамович, по ряду пунктов оказались чрезвычайно сходными. Г. О. Павловский вновь рассказал, как десять лет назад «бюрократические и олигархические круги вытеснили гражданские союзы и гражданские интересы из большой политики» (где они, до того как быть вытесненными, несомненно же, пребывали). Б. А. Березовский не менее убедительно показал, что не только десять лет назад, но и нынче «власть всячески препятствует созданию реальной оппозиции». То есть оба антагониста едины в твердом убеждении, что гражданское общество, а равно и реальная оппозиция — это такая девушка, которую все время насилуют. Единственное, что не было указано — это каким образом бюрократические круги могли бы десять лет назад сохранить откровенную демшизу (других выразителей гражданских интересов тогда, к несчастью, не было) в большой политике и каким образом власти нынче следует не препятствовать созданию реальной оппозиции. Ибо никак не понятно, что и кто мешает оппозиционным движениям, желающим добиться надлежащего политического веса, добиваться это общепринятыми способами — активно участвовать в выборах всех уровней, работать с массами, излагать свою позицию в СМИ, а также беречь свой авторитет, воздерживаясь от чрезмерно тесного сотрудничества с лицами, чья репутация слишком общеизвестна. Если не хотят думать и работать — стало быть, не хотят, их право, но при чем тут власть?
      В стремлении доказать, что десять лет назад гражданское общество-таки было, причем во всей красе и силе, но только пришел Ельцин и все опошлил, Г. О. Павловский даже стал решительно утверждать, что в конце 1991 года было не только гражданское общество, а вообще все было — в большом количестве и превосходном качестве. Если «есть миф, что в 90-е годы было ослаблено государство, ослаблено было общество, его правовая, его информационная, его финансовая основа», то, очевидно, есть и свет истины, рассеивающий этот лживый миф, и истина в том, что десять лет назад все атрибуты государственности — армия, границы, валюта, контроль над территорией, госсимволика, внятная национально-государственная самоидентификация — все это находилось в превосходном состоянии. Жаль только, что мы в декабре 1991 года этого не знали.
      Но так устроена жизнь, что нам все время приходится обогащать наши о ней представления. Посланец Масхадова, артист Ахмед Закаев, мужественно преодолев зону действия украинской ПВО, совершил челночный рейс из Царьграда в Шереметьево-2, где переговаривался с генерал-губернатором В. Г. Казанцевым. Тот остался не слишком доволен встречей, отметив, что, кроме лозунгов, ничего нового услышать не удалось. Боевые генералы часто не любят злоупотребляющих лозунгами замполитов, а Закаев, очевидно, из числа последних. Но Казанцеву еще повезло. Артист, как человек вменяемый, всего лишь изложил ему официозную историю Великой Ичкерии — для того, очевидно, и прилетал. Могло быть много хуже. Общественный защитник Радуева на макачкалинском процессе Ломали Яхъяев указывает, что «Салман еще пригодится Чечне. Он хороший оратор и принесет большую пользу, участвуя в переговорном процессе Как его можно судить — он ведь больной, неполноценный человек». Общественный защитник на процессе, сулящем верхний предел наказания — это все же не совсем массовик-затейник, но человек, хотя бы до какой-то степени понимающий, что говорит. Так что, вероятно, в рамках ичкерийских обычаев умственная неполноценность субъекта никак не может служить препятствием к его участию в ответственных переговорах — политкорректность nec plus ultra, на фоне которой Клинтон с Гором смотрятся тоталитарными извергами. При таком подходе к процедуре Казанцев должен быть еще премного доволен, что прислали культурного артиста Закаева.
      С другой стороны, не только общественные защитники, но и государственные обвинители способны давать богатую пищу для размышлений. Бывший генеральный прокурор РФ Ю. И. Скуратов, делегируемый Народным Хуралом Бурятии в Совет Федерации, на вопрос, как он поступит, если В. В. Путин задумает отправить в отставку нынешнего прокурора В. В. Устинова, отвечал принципиально — «Если основания для отставки будут законными — проголосую «за». Если такие же, как в моем случае, — «против», вне зависимости от моего личного отношения к Устинову».
      В случае с бывшим генеральным основания заключались в коварной провокации, выразившейся в появлении на телеэкране человека, похожего на Скуратова. Похвальна предусмотрительность, с которой новый член Хурала Федерации, загодя выработал взвешенную позицию на случай появления на ТВ человека, похожего на Устинова, однако допустить такое явление человека народу никак невозможно, потому что оно взорвет весь телерынок. Появись для отставки Устинова такие же основания, как и в случае со Скуратовым, взаимоотношения Макса и Марго будут на этом фоне уже никому не интересны, а программу «За стеклом» срочно придется переделывать в что-нибудь вроде «На страже закона». [an error occurred while processing the directive]