[an error occurred while processing the directive]

Однако


      ОРТ 19.9.01
      Однако, здравствуйте.
      Что Америка — страна безграничной свободы, мы и так всегда знали, а вчера нам свою безграничную свободу демонстрировал чрезвычайный и полномочный посол США в Москве Александр Вершбоу.

      Вершбоу: «Мы всегда с серьезностью относились к озабоченности наших российских друзей в отношении нападения террористов, особенно после того, как такого рода нападения и бомбежка домов, взрывы домов произошли в Москве два года назад. И мы никогда не позволяли себе недооценивать элемент международного вмешательства в то, что касается террористических действий в Чечне. Но в то же время, как и в прошлом, так и по-прежнему мы питаем озабоченность в отношении того курса, которого Россия в своей политике придерживается в отношении к Чечне».

      Смелость чрезвычайного и полномочного восхищает. Президенты Америки и России в ходе телефонной беседы договорились выступать единым фронтом против международного терроризма, а вот посол Вершбоу испытывает озабоченность по поводу антитеррористических действий России в Чечне. Если бы Вершбоу был частным лицом, высказывающим свое собственное мнение, никаких вопросов бы не возникало. Озаботился человек и озаботился. Имеет право. Однако первое правило дипломатии гласит, что своего собственного мнения посол вообще не имеет. Тем более в публичных выступлениях. Посол всегда и везде говорит от имени своего суверена, вручившего ему верительные грамоты. Вершбоу может говорить только от имени президента США Джорджа Буша-младшего. Если Буш устами Вершбоу хочет дальше исполнять старую песню о главном насчет того, что есть злые террористы, которые против нас и есть борцы за свободу, которых гнетут злые русские — тогда не надо говорить про единый фронт против международного терроризма. Если Буш по-прежнему заинтересован в едином фронте, тогда Вершбоу порет отсебятину и в превратном виде представляет России позицию своей страны. И хорошо бы как-нибудь внести ясность в вопрос, от чьего же имени говорит посол Вершбоу.
      А вот попытки внести хоть какую-то ясность в вопрос о том, какую позицию занимает Грузия по отношению к террористам, закончились полной неудачей.

      Российский МИД направил ноту грузинской стороне, в которой потребовал выдать участников незаконных вооруженных формирований, которые подозреваются в совершении преступлений на территории России — участники терактов, захватов заложников, напрямую связанные с Хаттабом, Басаевым и другими главарями бандформирований, которые финансируются и вооружаются международными террористическими организациями. В ноте отмечается, что несмотря на многократные обращения России, Грузия не передала ни одного из сотни террористов.

      Батоно Эдуард страдает сильной дальнозоркостью. Из Тбилиси он орлиным оком видит, где в далеком Афганистане находится тайный бункер Бен Ладена, и горячо желает его бомбить, а вот находящиеся у него под носом, на его собственной территории базы чеченских боевиков он в упор не видит.
      Печально, но положение у батоно Эдуарда хуже губернаторского. Впустить к себе борцов за свободу — дело нехитрое, а вот вытурить их не всегда получается. В 1967 году процветающий Ливан, его еще называли ближневосточной Швейцарией принял у себя палестинских беженцев, беженцы хорошо обжились, почувствовали себя хозяевами и платой за гостеприимство была многолетняя гражданская война и разрушенный Бейрут. Если Шеварднадзе попробует тронуть чеченских беженцев, так еще непонятно, кто кого тронет.
      В молодости гр. А. К. Толстой написал фантастическую повесть «Упырь», и в ней была стихотворная баллада, про то, как хозяйка замка позвала ватагу удальцов, чтобы те зарезали ее нелюбимого мужа. Мужа удальцы зарезали, а затем для полного счастья разграбили замок, подожгли его и поехали дальше со словами «Не сетуй, хозяйка, и будь веселей — сама ж ты впустила веселых гостей». Сказать «Не сетуй, батоно, и будь веселей» оно, конечно, невежливо, но дело обстоит именно так. Веселых чеченских гостей Шеварднадзе сам впустил, а теперь не в состоянии хотя бы признаться, что ничего с ними не может сделать, даже если бы хотел. Такой вот бравый борец против международного терроризма.

      КИНО «Соломенная шляпка»:

     – Что вы делаете в моем доме?
     – Что вы делаете в его доме?
     – Значит, вы у него в доме, а не у себя в доме?
     – В моем доме!
     – Да, и мы в его доме! Перестаньте у меня перед лицом трясти веником!

      То, что Шеварднадзе смертельно боится поселившихся у него в Грузии террористов, не удивительно. Многие боятся. Арафат сейчас больше всего боится собственных палестинских патриотов, пакистанский президент Мушараф тоже в боязливом состоянии. Но, что список лидеров, которые очень боятся своих неспокойных подданных, тем далеко не исчерпывается. Среди стран НАТО тоже, куда ни посмотришь — сплошные храбрецы.

      Французский премьер Лионель Жоспен заявил, что Франция «с пониманием отнесется к предложениям США, поскольку это наши союзники, дружественный народ, который участвовал в освобождении Французской республики от фашистской оккупации во время Второй мировой войны. Но при этом все решения Франция будет принимать самостоятельно».

      КИНО «Двадцать лет спустя»:
     – Думаете ли вы, что Франция, измученная народными волнениями, будет надежной пристанью для свергнутого короля? Хватит ли у нее сил на эту двойную тяжесть?
     – Так да или нет?
     – Я сейчас же иду к королеве посоветоваться и мы передаем этот вопрос для обсуждения в парламент.

      В переводе с цветистого языка на обыкновенный это означает, что никакого автоматизма в исполнении союзнических обязательств в рамках Североатлантического альянса Франция проявлять не намерена. Пообсуждаем в парламенте. Может, поддержим, может, нет. До сих пор в международном праве существовало понятие casus foederis, то есть такое событие, которое приводит в действие механизм союзнических обязательств. Обсуждать в парламенте и самостоятельно принимать можно решение о вступлении в союз, налагающий на его членов известные обязательства. А если уже решили и вступили, то обсуждать особенно нечего. Надо или проявлять верность своим союзническим обязательствам, или плевать на обязательства и вместе с ними на национальную честь. Своя рубашка ближе к телу или, как говорили на советской зоне, «Умри ты сегодня, а я завтра». Тоже в общем-то позиция, но непонятно при чем тут возвышенное пустозвонство про дружественный народ и освобождение от фашистской оккупации. Все очень просто: дружественный американский народ пусть сам со своими проблемами разбирается, а все союзнические обязательства это так себе — листок бумаги.
      Поведение достаточно предсказуемое. Одно дело — участвовать в опереточных акциях типа «Насущного урожая» в Македонии, и совсем другое дело — ввязываться в непредсказуемый конфликт с исламскими изуверами, имея у себя за спиной арабскую страну Францию. Как давно уже мрачно шутят, «Париж — это город, где когда-то жили французы».
      Защищать чеченских или албанских боевиков — это не страшно, это безопасно, а вот живя на собственном арабском вулкане, особенно не почирикаешь. Какие еще после этого союзнические обязательства? Стыд не дым, глаза не ест.
      И генсек НАТО уже вынужден был разъяснять доблестным союзникам, что вообще-то договоренности о союзе подписывают для того, чтобы их выполнять.

      Когда 11 сентября в США были совершены чудовищные террористические акты, мир изменился до неузнаваемости, и НАТО должна была реагировать на эту ситуацию, — заявил во вторник генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон. Он напомнил, что статья 5-я Вашингтонского договора распространяется на теракты в США и является «обязательством стран-членов альянса, которое преобладает над национальным законодательством». И решение об этом государства НАТО приняли «совместно и единогласно».

      И хороши же союзники, которым об этом надо напоминать.
      Однако, до свидания. [an error occurred while processing the directive]