[an error occurred while processing the directive]

Однако


      ОРТ 11.4.01
      Освещение конфликта вокруг НТВ сильно изменилось. Вместо боевой музыки звучит траурная. Дескать, раньше был плюрализм и свобода слова, потому что был телеканал с альтернативной точкой зрения, а теперь канала нет, и свободы тоже. То есть, единственным реальным гарантом свободы слова в России был В. А. Гусинский. Когда он контролировал НТВ, свобода была. Перестал контролировать — свобода кончилась.
      Однако вот какая загвоздка. Свобода слова была для сторонников НТВ самым заветным достоянием, которое они берегли, как зеницу ока. Сбережение зеницы ока всецело зависело от того, кто владеет каналом. А прежний владелец канала тов. Гусинский был личностью чрезмерно отмороженной даже по снисходительным понятиям эпохи первоначального накопления. Чрезмерно любил схемы типа «наезд — откат» и чрезмерно кидал кредиторов.
      Дело тут не в моральном негодовании, а в чисто практическом соображении. У совсем уж отмороженных бизнесменов бизнес, как правило, оказывается недолговечным. Кинул кредитора раз, кинул другой, а на третий раз кредитор возьмет, да и не на шутку обидится. Наехал на клиента раз, наехал другой, а на третий раз клиент попадется неуступчивый.
      То есть в вопросе, от которого, как нам объясняют, зависит вся будущая судьба России, товарищи спокойно закладывались на то, что и на этот раз пронесет, на то, что для налетчика и этот очередной наезд закончится благополучным образом. А если неблагополучным? Профессия-то рисковая.

      КЛИП

      Кавалергарда век недолог,
      И потому так сладок он,
      Труба трубит, откинут полог,
      И где-то слышен сабель звон.
      Еще грохочет голос трубный,
      Но командир уже в седле,
      Не обещайте деве юной
      Любови вечной на земле.

      Если дева юная свои гробовые сбережения отдает в высокорисковый бизнес — в какой-нибудь «МММ» или «Хопер-Инвест» — и если этот бизнес по всем законам природы закономерно грохнулся, стоит ли изображать из себя безвинную жертву. Кто заставлял так легкомысленно обращаться с самым заветным?
      А все дело в обыкновенной человеческой лени.
      Десять лет, как у нас свобода слова, и прогрессивная общественность за все это время сама даже и не почесалась, чтобы свобода слова олицетворялась чем-нибудь понадежнее, чем рисковый товарищ Гусинский.
      Но если за десять лет прогрессивной общественностью ничего не было сделано для гарантирования свободы слова личностью понадежнее чем Гусинский, и не сделано было по причине крайней лени и полной неорганизованности, так что же галдеть-то так?
      С мужчинами борются, болтунов усмиряют одним жестом.
      Тем временем бывший союзник свободолюбивого Гусинского, союзник, про которого на самом свободном телеканале сроду не было сказано ни одного неприятного слова, а одни только приятные, тоже оказывается жертвой классовой борьбы.

      Горбушка

      Сегодня в Москве перед зданием мэрии прошел пикет в поддержку рынка «Горбушка», который московские власти собираются перевести на территорию завода «Рубин», а также Птичьего рынка, который выселяется в район кольцевой автодороги. Пикетчики не против перевода «Горбушки» на «Рубин» в принципе, но, по их мнению, этот процесс затягивается и в результате несколько тысяч продавцов аудио и видео продукции потеряли заработок.

      Однако участники акции обвинили московское правительство не только в игнорировании интересов предпринимателей, но и в «явном перераспределении финансовых потоков в пользу конкретных коммерческих структур».
      Случай с Горбушкой немного другой, чем с НТВ. На телеканале произошла смена собственника и больше вообще ничего — никто никого не разгонял, никто никого не закрывал, раздавались только увещевания «Творите по-прежнему на радость восхищенной публике». На Горбушке волевым решением московского начальства у хозяев рынка был отнят товарный знак ООО «Горбушка», а работников под новый год — то есть уже четыре месяца как — просто разогнали в пространство. Никакой новой Горбушки еще и в помине не было, но старую поспешили уничтожить, потому что уж больно у московского начальства руки чесались. Дорогие москвичи и гости столицы обойдутся и без аудио — и видеопродукции, ничего, не дворяне.
      Тут все дело в страсти, точнее — в страстях.
      С одной стороны, лучший мэр всех времен и народов периодически поддается бескорыстно-страстной любви к какой-нибудь коммерческой структуре. Сейчас мэрия бескорыстно полюбила торговую фирму, разместившуюся в цехах завода «Рубин», и ради этой страсти готова на все. С другой стороны, московское начальство любит упорядоченную эстетику. Стихийно возникший бизнес, будь он хоть сто раз процветающий и прибыльный — это не то. Все должно быть изящно оформлено и зарегулировано. Вместо старой Горбушки с простыми уличными лотками по указанию начальства воздвигаются роскошные залы с мраморными стенами и искусственными пальмами. Правда, опыт показывает, что, украсившись пальмами и мрамором, рынки стремительно чахнут, потому что цены выходят людоедские — но чего не сделаешь ради красоты.

      КИНО «Жестокий романс»

     – Вы должны быть моею!
     – Никогда!
     – Так не доставайся же ты никому!

      Когда жалуются, что нет в России гражданского общества, то правильно жалуются. Вот только гражданское общество начинается не с параноидального камлания в защиту светильника разума тов. Гусинского — этим оно скорее заканчивается, а с простых выступлений граждан в защиту своих мелких бытовых радостей. Хоть той же старой доброй Горбушки.
      Но камлание всюду пользуется большим успехом, нежели презренная проза жизни. Вот и в Женеве прокурор Бертосса по делу Пал Палыча превосходное камлание устроил. Прям что твоя Новодворская.

      Бертосса

      Во вторник, в ходе заседания обвинительной палаты, прокурор кантона Женевы Бернар Бертосса вместо изложения доказательств обвинения по вопросу об изменении меры пресечения Павла Бородина, выступил с рассуждениями на тему коррумпированности российской прокуратуры. Начав с того, что генпрокуратура РФ не заслуживает никакого доверия Бертосса закончил свою речь сравнением нынешнего генпрокурора Владимира Устинова с генпрокурором СССР Александром Вышинским, возглавлявшим это ведомство при Сталине. Адвокаты Бородина Элеонора Сергеева и Ральф Изенеггер заявили, что защита шокирована подобными выступлениями.
      КИНО «О бедном гусаре…»
     – Палачи! Сатрапы! Душители свободы!
     – Вставай, карбонарий хренов!

      Вообще-то адвокаты — люди тертые, и шокировать их не так-то просто, но в данном случае шок закономерен — Бертосса был великолепен. Проблема не в том, сколь хорош Устинов и сколь прекрасна российская прокуратура, а в том, что задача Бертосса на процессе только одна — представить полученные законным путем убедительные доказательства того, что Пал Палыч Бородин совершил преступные деяния. Ели бы Устинов был не то что Вышинским, а даже и чертом с рогами, из этого никак не следовало бы, что Пал Палыч виновен. Из этого следовало бы только то, что в связи с вредными качествами российской прокуратуры, швейцарским прокурорам будет сложнее добывать доказательства вины Пал Палыча, а если Бертосса не в силах добыть искомые доказательства, то это его личные проблемы, никакому нормальному суду не интересные. По логике же Бертосса выходит, что если Устинов — нехороший человек, то значит Пал Палыч безусловно совершил все деяния, в которых его обвиняют. Но по этой же логике выходит, что любой гражданин России — я, ты, он, она, оно, оне — заведомо совершил любое преступное деяния, в котором его заблагорассудится обвинить женевскому параноику. Ведь все мы, наравне с Пал Палычем входим в юрисдикцию российской прокуратуры, а значит — преступники по определению.
      Я вам не скажу за всю Одессу, а также за Устинова, но покойный Андрей Ягуарьевич Вышинский по сравнению с Бертосса — какой-то образец буржуазной законности, какой-то неслыханный юридический чистоплюй. Так что не диво, что почтенный мэтр Изенеггер вместе с защитницей Сергеевой, слушая прокурорские речи, натурально, охренели. Век живи, век учись.
      Однако время. До свидания. [an error occurred while processing the directive]