[an error occurred while processing the directive]

Тотемное животное. — «И мой Сурков со мною». — Давний символ народовластия. — «Он льва огромного терзал». — А также медведя. — Генрих III и его двор. — Крепкий содомский хозяйственник.


      Известия №47 17.3.01
      Сейчас уже мало кто помнит, что первый приступ геральдических прений имел место еще девять лет назад, весной 1992 года, когда ВС РСФСР устроил слушания касательно новой российской символики. Однаков разгар либерализации цен всем было не до того, но слушания прошли тихо, и ряд прозвучавших на них интересных предложений канул в Лету. Одно из них принадлежало историку, геральдисту и гастроному В. В. Похлебкину и заключалось в том, чтобы отринув и двуглавого орла, и серп с молотом, как равно несостоятельных с ученой точки зрения, заменить их научно безупречным тотемным животным россиян, т. е. медведем. Но дело как-то не задалось, а потом и самого Верховного Совета не стало.
      Но никакая глубокая мысль не пропадает бесследно, и на новой волне партстроительства тотемическая идея все же овладела массами. Обеспечением победы бессмертных идей тотемизма занялось подразделение администрации президента РФ, ведающее Думой и политическими партиями, что и не удивительно. Среди сотрудников данного подразделения давно уже популярна тотемическая песня Бетховена, которой они чествуют руководителей администрации — «По разным странам я иду, и мой Сурков со мною»; по итогам же особо эффективного освоения средств, выделяемых на партстроительство, они с глубоким чувством выпевают финальные строки — «И вот я сыт, и вот я рад, и мой Сурков etc.». Но здесь речь идет скорее о домашнем тотеме интимного и, как сказали бы нынче, малоформатного свойства, тогда как применение идей тотемизма к практике общефедерального партстроительства требовало живности более крупной и величавой. Идеи В. В. Похлебкина с неизбежностью оказались востребованы, и эмблему движения «Единство» украсил геральдический зверь, будто сошедший с эскизов покойного историка. Выбор был тем более удачен, что вера в парламентские таланты медведя искони присуща русскому народу. Еще в эпоху самодержавия великороссы, согласно В. И Далю, выражали свои мечты о будущем народном представительстве пословицами «Медведь — думец», а также «В медведе думы много, да вон нейдет».
      К несчастью, ни Похлебкин, ни руководители администрации президента РФ, на даже всезнающий, как змея, Борис Абрамович, также служивший повивальным мужиком «Единства», не учли того, что тотемные животные часто подвергаются нападкам со стороны врагов, причем тут действует опасная закономерность: чем более укоренен тотем в фольклор и культуру и чем более он фигурист, тем более язвительными делаются нападки зоилов. Тотемные птицы, включая и двуглавого орла, в этом отношении не слишком угрожаемы — все злословие сводится к немудрящим вариантам насчет ощипывания птицы с последующим приготовлением из нее чахохбили. Со зверями дело куда хуже. Знаменитый известинский карикатурист Бор. Ефимов некогда специализировался на изображении британского льва в разных видах и позитурах. При взгляде на творения маститого художника оставалось лишь констатировать: «Вид картины той, исполненной жестокого искусства, сжимает грудь и возмущает чувство», — злосчастного льва использовали в качестве полового коврика, шкура у него была в неаккуратных заплатках, на заду — явственный отпечаток чьего-то сапога, хвост — завязан узлом и только что не оторван etc. Cходная история случилось на этой неделе и с медведем. Как в эпоху противостояния СССР с британским империализмом общество покровительства животным просто обязано было заступиться за британского льва, подвергаемого неслыханным истязаниям, так и в нашу эпоху противостояния общества с кровавым тоталитаризмом в подобном покровительстве нуждался кремлевский медведь, который в ходе выработки позиции по вотуму недоверия правительству: а) плясал; б) ел чижика; в) гнул дуги; г) оказывал услуги; д) страдал медвежьей болезнью. Для описания идеологии и тактики «Единства» было использовано все богатство русского фольклора. Вне общественного внимания оказались разве что неудобные для печати народные частушки, посвященные необычным сексуальным привычкам медведя («На горе сидит медведь, // Пойдем, девоньки, смотреть etc.») — остатки тоталитарной цензуры все-таки еще сильны в российском обществе.
      Нет, впрочем, худа без добра. Порожденный от чресел Бориса Абрамовича медведь оказался экспериментальным кроликом, а равно жертвенным агнцем, испытавшим на себе удобополезность идей тотемизма — а ведь могло случиться так, что в 1992 г. без предварительной обкатки на тт. Грызлове, Слиске, Шойгу etc. данный тотем был бы сразу присвоен всему государству Российскому, после чего оно бы и расхлебывало все шедевры русского народно-поэтического творчества.
      Покуда Россия влачится вспять — к первобытному тотемизму, передовая Франция влачится, напротив, вперед, к полнейшему снятию всех и всяческих табу. Когда первый тур выборов парижского мэра выиграл социалист Бертран Делано, газеты стали писать, что впервые со времен Парижской коммуны 1871 году в городе к власти могут прийти коммунары. Но это вздор, а не сенсация — Франция и так уже много десятилетий, как является советской социалистической республикой, и коммунаром больше, коммунаром меньше — велика важность. Более интересно, что впервые за четыреста с лишним лет парижскую власть возглавит человек, смело и открыто практикующий содомию. Последний раз это было во времена Генриха III и его миньонов, в результате чего в 1588 г. Католическая Лига низложила короля, и он бежал из Парижа, чтобы заключить союз с гугенотом Генрихом Наваррским. Совсем недавно французские крестьяне, как добрые католики, закидали яйцами министра-президента Лионеля Жоспена, мотивируя это тем, что он не только социалист, но еще и богопротивный гугенот — так что кандидат на роль Генриха Наваррского тоже имеется. Остается выяснить, кто возглавит Католическую Лигу, и молиться за ее победу — ведь в случае торжества противной стороны парижская мода, предписывающая, чтобы крупные мегаполисы возглавляли лица нетрадиционной сексуальной ориентации, может распространиться по всему миру, включая и Россию. Тогда — в соответствии с политтехнологическими требованиями — крепким хозяйственникам, традиционно эти мегаполисы возглавляющим, придется в видах угождения избирателям спешно менять сексуальную ориентацию, а зрелище крепкого содомского хозяйственника — это не всякие нервы вынесут. [an error occurred while processing the directive]