[an error occurred while processing the directive]

Гласность вкладов гарантируется. — Неудачное подражание наивным детям гор. — Ну, не встает страна огромная. — Салтыков-Пушкин. — И был от буйного Гуся пред ним отличен Алексеев. — Настоящий русский богатырь. — Проблемы смеховой культуры.


      Известия №19 3.2.01
      Когда Генпрокуратура в подражание компании НТВ, обнародовавшей в ноябре 1997 года данные по банковскому счету А Б. Чубайса в «Мост-банке», сходно предала гласности данные по крупным кредитам, полученным от компании крупными журналистами, такое следование изобретенному банкиром В. А. Гусинским принципу «Гласность вкладов гарантируется» многих огорчило. Наблюдатели, никоим образом не являющиеся поклонниками НТВ, указывали, что от такой гласности в народе возбудятся страсти в отношении тех, кто профессионально служит делу гласности, т. е. журналистов как таковых. Страсти, однако, не возбудились. Правда, не от того, что народ чужд соблазнам зависти — это уже был бы какой-то совершенно святой народ-богоносец, — а от того, что страсти, может, когда-то и были, но давно перегорели и даже угольки подернулись пеплом. И до прокурорской гласности широкие народные массы не имели светлых иллюзий насчет журналистов-бессребреников, которые, живя на гроши, мужественно борются с темными силами, а коли нет иллюзий, но есть глубочайшая вера в то, что все они таковы, так с чего же и страстям возбуждаться?
      Своей смелой гласностью прокурорские работники нагадили не столько НТВ, сколько самим себе. У нас все-таки не Швейцария, а Россия, надо бы и приличия соблюдать. Философическое наблюдение над женевскими прокурорами Дево и Бертосса — «И дикий же народ. Дети гор» — не может служить основанием для того, чтобы этим детям гор полностью уподобляться. Попутно прокуроры нагадили еще и мужественной правозащитнице, вдове А. Д. Сахарова Е. Г. Боннэр, которая, указав, что «Защита НТВ — защита самих себя, своей свободы выбора и своих прав», призвала «начать сбор средств для выкупа акций НТВ, на которые претендует Газпром-Медиа». В результате НТВ станет подлинно общественным телевидением, а страна испытает невиданный с 1941 года патриотический подъем — «надо же когда-то хоть в чем-то попытаться снова стать народом. Ведь мы с Великой Отечественной забыли, что мы — народ».
      Сравнение движения в защиту «Медиа-Моста» с Великой Отечественной войной не представляется особенно удачным. Не очень ясно, почему, полностью воспроизводя коммунистическую риторику 1992-1993 гг. (В. И. Анпилов не только играл на граммофоне «Священную войну», но и носился со сбором денег для народного телевидения), апологеты НТВ рассчитывают на больший, нежели у коммунистов, успех. Отсутствие успеха было гарантировано, но столь же гарантировано было дальнейшее неприличие, проистекающее от сравнения мук гибралтарского резидента с 1941 годом. Своей крайне сомнительной с точки зрения закона гласностью прокуратура нанесла т. наз. «удар милосердия», сняв вопрос о 1941 годе на обозримую перспективу. Можно, будучи в долгах, как в шелках, давать шестизначные долларовые кредиты и покупать личные самолеты. Можно взывать к лепте вдовицы, для убедительности поминая, как немец стоял под Москвой. Но чего никак не надо делать — совмещать эти два занятия.
      Однако страсть к совмещению образов вообще отличает нынешнюю полемику о свободе слова. Команду НТВ уже сравнивали с Салтыковым-Щедриным (сделанная В. В. Шендеровичем оценка «Кукол»), а после визита к В. В. Путину она же уподобилась А. С. Пушкину — предполагалось, что Владимир Владимирович, подобно Николаю Павловичу, желает стать личным цензором нашего коллективного Пушкина. После этого солнце нашего ТВ, несомненно, расцвело бы, что отразилось бы в адресованных гаранту и цензору прочувствованных стансах — «И был от буйного Гуся (дружеское прозвище В. А. Гусинского. — М. С.) пред ним отличен Алексеев (дружеское прозвище Е. А. Киселева. — М. С.)».
      Быть Салтыковым-Пушкиным уже почетно, однако сравнения неудержимо шли далее. В. В. Шендерович сравнил В. А. Гусинского с А. И. Герценом, а конгениальный сатирику политехнолог Г. О. Павловский — с заточенным Екатериной II в Шлиссельбург просветителем Н. И. Новиковым. Остается ждать (скорее всего, недолго), когда кто-нибудь из прогрессивных ньюсмейкеров, указав, что «НТВ всего меня перепахало» сравнит славного медиа-деятеля с Н. Г. Чернышевским. Таким образом В. А. Гусинский гармонически соединит в себе всю историю освободительного движения в России — вплоть до финального «Какая сука разбудила Ленина? Кому мешало, что ребенок спит?».
      Поревновав потоку образов, рожденному в борьбе за свободу слова, известный постмодернист А. А. Проханов решил в той же поэтической манере защитить другого узника — П. П. Бородина. Проханов твердо верит, что «Пал Палыч скоро вернется к нам, и тогда мы попаримся в баньке вчетвером где-нибудь — он, Лукашенко, Путин и я. А прокурора Скуратова с собой не возьмем». Источник такого объявления из раздела «Досуг. Элитная сауна» вполне очевиден — старинный советский анекдот гласил, как в ответ на предложение А. М. Горького устроить пикник с девочками В. И. Ленин горячо отвечает: «Аг'хивег'но, батенька, аг'хивег'но! И Феликса Эдмундовича позовем! А эту политическую пг'оститутку Тг'оцкого не возьмем — он недавно мое надувное бг'евно похитил». Но культурный багаж А. А. проханова далеко не ограничивается антисоветскими анекдотами — столь же глубоко он постиг и творчество великих гуманистов, о чем свидетельствует его наблюдение, согласно которому В. А. Гусинский, оказавшись в Бутырской тюрьме, затребовал себе пипифакс, тогда как «Пал Палыч, настоящий русский богатырь, не стал просить туалетную бумагу, а взял баскетбольный мяч».
      Сколь можно понять, владелец «Медиа-моста» истребовал себе туалетную бумагу для известных гигиенических надобностей. Если Пал Палыч для тех же целей взял баскетбольный мяч, тогда он достоин быть сравненным не то что с богатырями (хотя богатырство, несомненно, суровое), но даже и с воспетыми Франсуа Рабле сказочными великанами, один из которых, Гаргантюа употреблял в этих видах шляпу своего пажа, изукрашенную стеклярусом, и даже дикую кошку — при том, что ноу-хау на использование баскетбольного мяча все равно останется за Пал Палычем. Русское величие П. П. Бородина тут очевидно, но не менее велик наш советский Рабле, гуманист А. А. Проханов, воспевший пантагрюэлические подвиги Пал Палыча. Когда же мы дождемся нового М. М. Бахтина, который написал бы культовую книгу «Творчество А. А. Проханова и народная смеховая культура эпохи перестройки и посткоммунизма»? [an error occurred while processing the directive]