[an error occurred while processing the directive]

Однако


      ОРТ 2.2.01
      Как указывал прусский философ Гегель, там где не правят законы, там правят мщение и злоба. Что мы уже имеем счастье наблюдать.

      Лукашенко: «Задержали одного деятеля, старое слова, я его не люблю, но иначе не скажешь, шпиона. Признался. Оказывается работал от одного из фондов. А чем занимался — известно. Я не напрягаю обстановку. Мы скоро сообщим об этом в СМИ. Может Бородина хоть отдадут. Я б уже отдал и дело закрыл, потому что стыдно, честное слово. Если мы союз, если мы государство...

      Я готов делать все, чтобы нам в лицо больше не плевали. И потом, если уж коснулись этой проблемы, поверьте мне, это не они виноваты. В Кремлях, в реставрационных белорусских работах, строительстве здесь мы виноваты, тот, кто решения принимает виноват. Так возьмите и арестуйте их — нет».

      Решения, обязательные для Пал Палыча, принимал только один человек — президент России Борис Николаевич Ельцин. Если кого арестовывать — только его. Больше некого. Если бы Лукашенко просто хотел отыграться на больном старике — что тут скажешь? Такой у нас союзничек. Будто прежде не знали.
      Однако доблестный союзник превзошел сам себя. В один и тот же день, 1 февраля он сперва передал Борису Николаевичу теплые поздравления с семидесятилетием и охотничье ружье в подарок, а затем проехался по поводу того, кого надо арестовать. Это уже в химически чистом виде гефсиманский поцелуй, он же — иудино лобзание. Понятно, что Александр Григорьевич и вообще очень любит целоваться, и в частности — целоваться в гефсиманской манере. Но я все же не советовал бы сопровождать иудины лобзания подарками в виде охотничьего ружья. Борис Николаевич, он ответит на такое лобзание в христовом духе, а другой может и не в христовом. Опять же и ружье под рукой. Зачем в грех вводить?
      Но нам скажут: вы же сами выступали против новых глобальных швейцарско-американских обычаев. Вот и Лукашенко против них выступает. Тут уж надо выбирать: или союзники просвещенные и культурные, вроде швейцарско-американских, или такие, как Лукашенко.
      Однако разберемся. Различие между Лукашенко и глобальными общечеловеками на самом деле не такое большое. Что те, что этот исходят из главного принципа — «что хочу, то и ворочу». В пределах своих возможностей, естественно. Товарищи на Западе устанавливают свои глобальные правила, исходя из вульгарного права силы — а ну, кто против нас? Не объявят нам русские войну из-за Пал Палыча, так чего же стесняться.
      А Лукашенко рассуждает в той же манере. У вас свои всемирные правила, ну и хорошо, а я вам свою, хоть и не всемирную зато для вас неприемлемую подлянку кину.

      КИНО «Место встречи»

     – Хитры вы, конечно, собаки легавые, с подходцами вашими. Только ты учти — ножичков у нас на всех хватит. Наглотаетесь, как давеча на бульваре. Будь здоров, не кашляй!

      Так, собственно когда-то и строились международные отношения. Стихийно. По принципу: «Ах, вы так, ну а тогда мы так! Будь здоров не кашляй!». Потом постепенно начали приходить к тому, что с умом и тактом отношения между государствами получаются как-то лучше. Возникли признанные международные законы и обычаи. Отменяя эти выстраданные веками законы и обычаи, Запад думал получить благолепие. А получил Лукашенко. То есть международные отношения такие, какими они были при царе Горохе. И морду кривить совсем не надо. Какие родители — вроде Мадлен Олбрайт и Хавьера Соланы — такой и сыночек. Превращать основанные на уме и такте международные отношения в обмен зуботычинами вас никто не заставлял.
      Сегодня на Лукашенко с его простодушными предложениями еще, слава Богу, смотрят как на зачумленного. Еще спасает инерция старого международного права. А что будет завтра? Ась?
      Кроме всего прочего, завтра снова будет сильный снегопад. Если верить синоптикам. А, значит, в столице нашей родины, городе-герое Москве опять будет свирепствовать автомобильная чума. Пробки, заторы, никуда не проехать. Нам скажут: зима, чего вы хотите? В той же Америке-Европе от куда меньшего снегопада случается черт знает что. Стихийное бедствие. Ничего не поделаешь.

      КЛИП под песню «Ой, мороз, мороз!!

      Ой, мороз, мороз, не морозь меня!
      Не морозь меня моего коня!
      Моего коня белогривого. У меня
      Жена ой, ревнивая!

      Пусть так. Стихийное бедствие, и вообще надо пользоваться общественным транспортом. Вот метро, например. Бегает под землей, там снег не падает, и дешевле и быстрее. Кто вас заставляет в пробках корячиться?
      Если бы в Москве было метро, так мы бы с удовольствием. Только, к сожалению, где его взять? Лучшее в мире московское метро — это не метро вовсе. Метро — это не просто подземная железная дорога, это такая подземка, которая способна оттянуть на себя существенную долю пассажиропотока и тем самым спасти город от транспортного паралича. Наше метро не оттягивает, потому что линий для такого города недопустимо мало. Потому что расстояния между станциями огромные. Если до ближайшей станции надо добираться полчаса — это уже не метро. Метро — это когда пять, от силы десять минут пешком максимум.

      Метро

      Протяженность метрополитена в Москве составляет 270 км, в Париже 326 км, в Нью-Йорке — 393 км. в Лондоне — 408 км. Численность населения Москвы — 9,4 млн. человек, Нью-Йорка — 7,4, Лондона — 6,6 млн., Парижа — 2,1 млн., По обеспеченности населения линиями метрополитена лидирует Париж, где на один км метро приходится 6,4 тыс жителей. В Лондоне этот показатель составляет 16,2 тыс, в Нью-Йорке — 18,8 тыс, в Москве — 34,8 тыс.

      Для большого города (а Москва — город большой) метро — не роскошь, а единственное средство спасения от транспортного паралича. Противоинфарктное, так сказать.
      А строительство новых линий метро, ведущееся во всяком большом городе — это как аортокоронарное шунтирование. Операция по жизненным показаниям. Но в Москве уже очень давно никаким аортокоронарным шунтированием не занимались. Были дела поважнее. Церетелиевский памятник Петру, яма на Манежной, автодром для гонок «Формула-1», кредиты разоренному Гусинскому, пешеходные мосты, на которые не ступает нога человека, и так далее. Красота спасет мир. А насчет метро — так это федеральные ведомства должны думать. Метро — это их забота.
      Логика интересная. Допустим, что я нуждаюсь в операции по жизненным показаниям. То же шунтирование. Или оперируешься, или умрешь. Допустим, что федеральные ведомства не хотят оплачивать мне эту операцию. Допустим, что деньги у меня при этом есть, и деньги приличные. Москва — не самый бедный город.
      Что я буду делать?
      Правильно, вы угадали. Необходимую для спасения жизни операцию я на свои деньги делать себе ни за что не буду — пусть лучше сдохну. На свои кровные я лучше себе подтяжку лица сделаю, да и целлюлитом на ягодицах надо бы заняться. Будет такой красочный подарок москвичам, т. е. родным и близким.
      Ведь и всякий разумный человек так поступает, не правда ли?
      Именно так и поступило наше родное московское правительство. Красоты — хоть отбавляй. Последняя красота — звучный скандал между мэрией и МВД в связи с расследованием крайне запутанных финансовых отношений мэрии с австрийской фирмой «Волосов пирожок гезелльшафт». «Волосов пирожок» — это звучит хорошо, а главное вкусно. Да и спорные суммы приличные. Где-то под миллион. Не рублей, понятно.

      КИНО. «Двенадцать стульев»

     – Дерут с трудящихся втридорога! За какие-то подержанные 10 стульев 230 рублей- с ума можно сойти! Правда? С ума можно сойти!
     – Вот тебе милиция! Вот тебе дороговизна стульев для трудящихся всех стран! Вот тебе ночные походы по девочкам! Вот тебе седина в бороду! Вот тебе бес в ребро!

      А насчет метро и автомобильной чумы — ну, это вы слишком многого хотите. Успокойтесь и скушайте «Волосов пирожок».
      Однако время, до свидания. [an error occurred while processing the directive]