[an error occurred while processing the directive]

ЧТО БЫЛО НА НЕДЕЛЕ


      Коммерсантъ №31 5.8.91
      Уходящий с понедельника в отпуск М. С. Горбачев в качестве дембельского аккорда посвятил себя общению с г-ном Бушем. И потрудился изрядно: как подписав множество полезных соглашений, так и преодолевая различные технические неполадки, которыми визит чрезвычайно изобиловал: то испортился синхрон на пресс-конференции, то в ново-огаревском поместье ЦРУ и КГБ никак не могли договориться, в какой зале заниматься спецслужбой, а в какой обедать.
      Были и неполадки, так сказать, концептуального характера. На бедного г-на Буша, не успел он вылезти из своего "Боинга", обрушился такой поток разноречивых экономических учений, что впору было растеряться. Пока г-н Буш гулял вдоль почетного караула, премьер В. С. Павлов, выступая по ЦТ, до смерти всех перепугал рассказами о гражданской войне, к которой, по его разумению, всенепременно приведет поспешно введенное свободное предпринимательство: по мнению В. С. Павлова, ленивый народ сейчас отчаянно бездельничает, получает деньги ни за что и в общем доволен жизнью. Когда же В. С. Павлов оставит народ своим попечением и перестанет печатать деньги, ленивый народ немедля взбунтуется. Странным образом честолюбивый В. С. Павлов не сообразил, что такая особенность народного менталитета только ему на руку: премьер мог бы притворно уйти в отставку, рыночные экстремисты устроили бы тогда дефляционный шок, а добрый народ, любящий первопечатника В. С. Павлова, сразу сообразил бы, чего ему не хватает для счастья, и призвал бы опального премьера на царство.
      Не успел г-н Буш переварить рыночные воззрения смелого реформатора В. С. Павлова, как М. С. Горбачев поразил его новым откровением: президент СССР открыл причину зол и бед, терзающих советскую экономику. Идея М. С. Горбачева была проста как правда: все беды от запретительных списков КОКОМ на экспорт в СССР высоких технологий. И как только великодушный г-н Буш умилится сердцем и разрешит поставлять в СССР хитроумные микросхемы, тогда "пойдет уж музыка не та, у нас запляшут лес и горы". Г-н Буш, однако, проявил себя человеком скаредным и выразил готовность содействовать СССР лишь в таких маловажных областях, как транспорт, энергетика, легкая промышленность и сельское хозяйство, которые, по его разумению, могут пока обойтись и без технологий XXI века.
      На фоне всех этих недоразумений совершенно идиллически выглядели отношения Р. М. Горбачевой и г-жи Буш: подружившиеся ladies даже решили оставить в Москве материальное свидетельство взаимных нежных чувств и при содействии Г. Х. Попова воздвигли на Девичьем поле памятник уточкам.
      Но неугомонный бес гордыни и тщеславия не дремал. Памятник уточкам напомнил Б. Н. Ельцину детскую прибаутку "утя-утя воду мутя", после чего он стал мутить воду в высших сферах с упорством, достойным лучшего применения: отказался от высокой чести состоять в свите М. С. Горбачева и, подобно родовитому боярину XVI века, пренебрег пиром в Грановитой палате, сочтя, что место, предложенное ему там, недостаточно почетно. Дурной пример оказался заразительным, и вслед за боярином Борисом стал тягаться о местах и украинский гетьман Л. М. Кравчук, тоже проманкировавший царским пиром. Так что М. С. Горбачеву и г-ну Бушу только и осталось, что уныло сидеть рядом с навевающими тяжелые мысли пустыми приборами и мрачно пить горькую за отсутствующих друзей.
      Если Б. Н. Ельцин возродил нравы Московской Руси, то за стенами Кремля творилось нечто, возвращающее нас к временам и вовсе библейским, если быть точнее - к временам Содома и Гоморры. На этой неделе на Москву обрушилось многоплеменное нашествие педикаторов и лесбиянок, устроивших в ней свой конгресс, сопровождавшийся многочисленными манифестациями. Дошло до того, что делегацию содомитов принимал сам мэр Москвы Г. Х. Попов. Смысл этого визита так, впрочем, и остался загадкой. По одной из версий, содомиты решили, что Г. Х. Попов, будучи природным эллином, должен быть снисходителен к "еллинским мерзостям": "Из первых Аристогитон с Гармодием на перекличке, и снисходительно Платон их судит странные привычки". Более, впрочем, вероятно, что Г. Х. Попов, памятуя о своих обязанностях отца-благодетеля родного города, повел себя подобно богобоязненному Лоту: видя, что толпа содомлян подошла к его дому, он изрек: "Выведи нам своих гостей, мы познаем их" и принял огонь на себя, усмирив страсти разбушевавшихся содомитов разумным увещеванием. [an error occurred while processing the directive]