[an error occurred while processing the directive]

Новое уголовное законодательство: расстрельных статей стало меньше


      Коммерсантъ №27 8.7.91
      ВС СССР принял во втором чтении "Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик". Правоведы в основном положительно оценивают новый уголовный закон, отмечая большую четкость в разграничении сфер действия федеральной и республиканской уголовной юстиции, а также отчетливую тенденцию к гуманизации уголовной кары.

      Депутаты добились некоторого расширения списка расстрельных статей по сравнению с первоначальным вариантом. Тем не менее в итоге число деяний, за которые может быть назначена смертная казнь, снижено с пятнадцати до четырех.

      Первая черта нынешних "Основ" - четкое разграничение сфер действия союзной и республиканской уголовной юстиции. В беседе с корреспондентом Ъ один из ведущих разработчиков проекта профессор Александр М. Яковлев отметил, что за образец была взята американская модель, при которой, с одной стороны, штаты самостоятельно строят свое уголовное законодательство, с другой - существует федеральный уголовный закон, регламентирующий строго определенный круг деяний, направленных во вред непосредственно Соединенным Штатам.
      Как сообщил собранию представлявший проект академик Владимир Кудрявцев, весной 1992 года предполагается принять Закон о государственных преступлениях, Закон о воинских преступлениях и Закон о преступлениях международного характера. Вместе они и составят федеральное уголовное законодательство.
      Правоведы, впрочем, не уверены, что в области уголовного законодательства республики сумеют использовать свой суверенитет наилучшим образом. "Республики отвергают тоталитаризм центра, и это правильно, но как бы они не отвергли и те немногие либеральные нормы, которые в центре с большим трудом удается провести", - заметил Яковлев корреспонденту Ъ. История права показывает, что гуманизация уголовной кары чаще всего происходит совершенно недемократическим образом - волевым актом законодателя, ибо в отличие от юристов-профессионалов общественность обыкновенно убеждена в полезности жестоких наказаний. Что и проявилось при постатейном обсуждении раздела "О наказании".
      Разработчикам удалось отвергнуть предложение механически складывать (без верхнего ограничения) сроки лишения свободы в случае, если лицо совершило несколько преступлений, - академик Кудрявцев заметил, что это привело бы "к огромному увеличению числа заключенных". Но зато депутаты потребовали расширить число расстрельных статей.
      Оставлена смертная казнь за государственную измену. Между тем 1-й секретарь ЦК КП Латвии Альфред Рубикс, возглавивший в январе этого года в Латвии Комитет общественного спасения, в беседе с корреспондентом Ъ решительно высказался против такой кары.
      Смертная казнь за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах не вызвала споров, но депутаты добавили еще и высшую меру за изнасилование малолетних при отягчающих обстоятельствах (361 "за", 4 "против") и похищение малолетних при отягчающих обстоятельствах (316 "за", 13 "против"). Доводы правоведов-аболиционистов, что преступники по принципу "семь бед - один ответ" будут попросту убивать потерпевших, избавляясь таким образом от свидетелей, успеха не имели - как только аболиционисты открывали рот, в зале топали и шикали.
      Позиция депутатов-юристов была довольно двусмысленной. Автор одной из расстрельных поправок прокурор Николай Игнатович в беседе с корреспондентом Ъ признался, что сам он является противником смертной казни и предпочел бы заменить ее пожизненным заключением. Он, однако, не счел нужным предлагать собранию такую поправку, заметив: "Я никогда не делаю бесполезных вещей". Его коллега Константин Лубенченко (сам голосовавший за расстрельную поправку) признался тем не менее, что результаты голосования удивили его. "Я ожидал хотя бы полсотни голосов против смертной казни", - заметил он корреспонденту Ъ.
      Важно, однако, что отныне упразднена смертная казнь за экономические преступления, - никто даже не предлагал ее восстановить. Более того, историки права отмечают, что требование сохранить смертную казнь за насилия над малолетними являются обыкновенно уже самым последним доводом сторонников смертной казни - за неимением лучших.
      По сообщению председателя Верховного Суда СССР Евгения Смоленцева, в прошлом году было казнено 267 человек: 242 (91%) за убийство, 25 - за изнасилование и имущественные преступления. [an error occurred while processing the directive]