[an error occurred while processing the directive]

Ново-огаревский пикник: Кремль на обочине


      Коммерсантъ №21 27.5.91
     22 мая в своем постановлении ВС СССР потребовал привести текст проекта союзного договора в соответствие с итогами союзного референдума (т. е. с социалистическим выбором) и заявил о необходимости своего участия в подписании договора. Это можно было расценить как предупреждение Горбачеву.

     24 мая, однако, президент СССР устроил с руководителями союзных республик и автономий новый выезд в Ново-Огарево для обсуждения союзного договора: демонстративное предупреждение было столь же демонстративно проигнорировано.

      Спустя месяц после подписания новоогаревских соглашений "9+1" стало ясно, что в целом соглашения соблюдаются. Возник вопрос, не будут ли соблюдаться и пункты соглашении, предписывающие в кратчайшие сроки подписать новый союзный договор между желающими этого, отпустить на волю остальных и сформировать новые органы союзной власти. Такое развитие событий оставляло бы нынешнему депутатскому корпусу и его руководителям не лучшие шансы на политическое выживание. Один из лидеров "Союза" Евгений Коган заявил по этому поводу: "В соглашении "9+1" мы видим как раз попытку такого "бархатного" переворота, которым планируется отстранить от власти законно избранных депутатов".
      И 21 мая ВС СССР стал обсуждать свою судьбу на закрытом заседании. Точнее, на полузакрытом: по неотчетливо объясненным соображениям было решено отключить мониторы для журналистов в фойе ВС, но официальные бюллетени заседания - напечатать и выдавать.
      Кроме ритуальных претензий к новоогаревскому соглашению (отсутствие социалистического выбора) были и реальные. Депутаты, например, недовольны тем, что республики договариваются между собой сами. "Мы участвовали в работе, но не в качестве полномочных представителей, а в качестве экспертов... С нами не всегда соглашались, голосовать же мы не имели права", - сообщил председатель комиссии по национальной политике и межнациональным отношениям Георгий Таразевич. И предложил "добиться того, чтобы присутствовала и имела право голоса делегация полномочных представителей ВС СССР". Юридическую базу под такое требование подвел заместитель заведующего отделом ЦК КПСС по законодательным инициативам и правовым вопросам Александр Павлов, с точки зрения которого "имеется 16 республик: одна общесоюзная - СССР, 15 союзных республик и автономные". Государствоведы отмечают в этой связи, что термин "шестнадцатая республика", употреблявшийся прежде лишь "сепаратистами" для иронического обозначения непомерных, с их точки зрения, претензий и эгоистического поведения союзного центра, впервые был употреблен в качестве простосердечного самоназвания. За требованием допустить к выработке договора последовало и новое требование: по мнению Александра Павлова, именно "шестнадцатая республика" имеет право на утверждение (логически рассуждая - и на неутверждение) договора. "Мы в комитете договорились так: Союзный договор открывается для подписания не по решению Совета Федерации,... а по решению ВС СССР", - сообщил коллегам член ВС Алексей Бойко.
      Наконец, ряд союзных и ориентирующихся на ВС СССР российских депутатов опубликовали 22 мая воззвание "За сотрудничество конструктивных сил", осуждающее "авантюризм и нетерпение руководства", "движение в объятия нового тоталитаризма" и призывающее в свои ряды всех "не приемлющих правого и левого экстремизма и радикализма и сопутствующего им популизма".
      ВС СССР в тот же день принял постановление, предписывающее переработать текст и процедуру принятия союзного договора в духе вышеизложенных требований - то есть вполне наперекор и членам новоогаревской "девятки", и помирившегося с ними Горбачева.
      Горбачев при этом не присутствовал. Он проводил время с итальянским премьером Джулио Андреотти, обсуждая с ним перспективы прямой телефонной связи Кремль - Палаццо Киджи. Простившись с гостем, он опять же продемонстрировал обидное невнимание к претензиям своего парламента. 24 мая в 14.00 кавалькада автомобилей направилась из Кремля в Ново-Огарево обсуждать союзный договор: на сей раз кроме "девятки" были и представители других республик, и - что особенно важно для Ельцина - представители автономий. Отправляясь на пикник, Ельцин сообщил репортерам, что предвидит: в Ново-Огарево придется съездить еще не раз.
      Так оно, видимо, и получится. Уже на следующий день Борис Николаевич докладывал IV Съезду России, что ново-огаревские пикники должны завершиться к концу июня. Автономии, по словам Ельцина, согласились подписывать союзный договор в составе республики. Все, кроме Татарии. Но члены "девятки" признавать ее суверенной республикой наотрез отказались. [an error occurred while processing the directive]