[an error occurred while processing the directive]

Литовский кризис: теперь все зависит от России


      Коммерсантъ №3 21.1.91
      Начиная с 13 января, страна была охвачена реакцией на Литву. Оппонентам Горбачева вильнюсские события придали мужество отчаяния. Наблюдатели, проводящие аналогии с "бархатной революцией", считают, по крайней мере, не исключенным вариантом формирование антипрезидентской коалиции, объединяющей левый фланг политического спектра и политическую элиту союзных республик. В этой связи особо отмечается требование Ленсовета о передаче власти в СССР Совету Федерации. По некоторым оценкам, это требование впервые формулирует реальную и легитимную альтернативу власти Президента - взамен прежнему раскладу "или Горбачев, или просто хаос". Эксперты предполагают, что судьба страны на ближайшие несколько лет во многом будет зависить от того, какую позицию займет 21 января досрочно созванная сессия российского парламента.


      Ответ на Литву

      Как и предполагали эксперты "Ъ", истекшая неделя стала неделей ответных действий шокированной страны. И шокированного мира. Реакция на события в Вильнюсе была практически беспрецедентной в истории перестройки - в частности потому, что в отличие от Тбилиси и Баку активность переместилась с улиц в парламенты и муниципалитеты.
      С осуждением литовской акции выступили парламенты крупнейших республик - России, Украины, Белоруссии, Казахстана. Моссовет и Ленсовет - тоже. Стачкомы Кузбасса потребовали отставки Горбачева и роспуска Съезда народных депутатов СССР и ВС СССР.
      От Горбачева отшатнулись доселе лояльные к нему и обеспечивавшие ему рекламу на Западе статусные интеллигенты типа экономистов-академиков Николая Петракова и Станислава Шаталина. 116 видных представителей науки и культуры выступили с обращением, где открытым текстом говорится: "Президент и ВС предают демократию".
      Запад, несмотря на кувейтский кризис, принял ряд неожиданно жестких заявлений.
      Все эти события вместе взятые заставляют некоторых экспертов проводить прямые аналогии между сложившейся в СССР ситуацией и первым этапом "бархатной революции" 89-го года в Чехо-Словакии, начавшейся с жесткого разгона демонстрации и закончившейся отставкой коммунистического правительства.

      Сегодня вижу завтра иначе, чем вчера

      Лучше всего сложившееся положение определил сам Михаил Горбачев, сказавший на сессии союзного парламента фразу, которая, по некоторым оценкам, может оказаться пророческой: "Дело пахнет керосином".
      Протесты, требования отставки Президента, собственно, были и раньше. Однако, нынешняя волна протестов несравнимо серьезнее, поскольку мосты за спинами протестующих сожжены.
      Речь, собственно, не идет о личной ответственности Президента или его окружения за случившееся в Вильнюсе, как это было после событий в Баку и Тбилиси, когда главным был вопрос: кто отдал приказ?
      Вильнюс вне зависимости от того, на что давал и на что не давал указаний Президент, стал в глазах демократически настроенной части общества логическим завершением целого ряда шагов вправо, совершенных Президентом за последнее время. И, соответственно, окончательным доказательством того, что Президент определил свою позицию.
      После Вильнюса Михаил Горбачев даже помимо собственных желаний оказался обречен на жесткость и правый уклон как единственную возможную политическую ориентацию в ситуации, когда доверие левых и даже многих центристов безвозвратно утеряно. Окончательно - после предложения о моратории на Закон о печати в связи с грядущими серьезными переменами.
      Спасти Президента в этом смысле мог бы, пожалуй, только невероятно резкий рывок влево. Очевидно, однако, что ожидать этого по целому ряду причин не приходится.
      Президент, таким образом, невольно поставил общество перед необходимостью однозначного выбора: со мной вправо или без меня куда хотите.
      Почти такой же выбор встал и перед республиканскими парламентами. В целом коммунистически настроенное руководство ВС Украины, демократы из ВС России, патриархальное руководство республик Средней Азии, не говоря уже о парламентах Закавказья и Балтики, оказались в одной лодке - свергающий законно избранную местную власть "Комитет национального спасения" может возникнуть где угодно.
      До литовских событий существовала точка зрения, согласно которой центр - каким бы он ни был - с грехом пополам обеспечивает законность и порядок, а левые и националисты прибегают к революционным методам и толкают страну к хаосу. 13 января все повернулось на 180 градусов: в своем противостоянии революционному центральному руководству левые получают возможность прибегать к самым что ни на есть консервативным и лояльным лозунгам "законности и порядка".
      Выступая 15 января по телевидению, Руслан Хасбулатов осудил тех, кто "действует, как Саддам Хусейн, против своего же народа", и сделал внятное предостережение: "Всякий, кто будет оказывать силовое давление, будет преступником, и с ним надо поступать как с преступником".

      ВС РСФСР; вставай, страна огромная?

      Тем не менее, само по себе стихийное возмущение людей и даже возмущение республиканских парламентов не угрожает Президенту непосредственно. "Пусть ярость благородная вскипает как волна" - вслед за этим она неизбежно опадает.
      Граждане не смогут митинговать вечно, парламенты будут вынуждены так или иначе пойти на компромисс с реальностью.
      Настоящая опасность наступает только в том случае, если найдется достаточно авторитетная организационная структура, способная оформить протест и придать ему легитимные формы.
      В сегодняшнем политическом раскладе единственная подобная структура - парламент России.
      В понедельник, 21 января, по настоянию Бориса Ельцина сессия Российского парламента будет созвана досрочно. Литовский кризис - в повестке дня. 20-го же в Москве пройдет манифестация демократических сил против диктатуры. Предсказывать решения парламента трудно. Очевидно, однако, что ВС РСФСР находится в очень выигрышной позиции.
      Дело не только в предельной очевидности правого уклона центра. Литовский кризис серьезно выбил Президента из колеи. По оценкам западной прессы, с понедельника Горбачев впал в растерянность, граничащую с паникой. Его выступления на заседаниях союзного ВС носили откровенно сумбурный характер.
      Депутаты так и не получили внятных объяснений того, что произошло в Вильнюсе. В довершение фантасмагории Президент 15 января предложил представителям Фонда за выживание и развитие человечества "ознаменовать вступление в III тысячелетие общепланетарной встречей". ВС СССР ушел на каникулы, так и не приняв значимого решения по литовской проблеме.
      Напротив, Ельцин явил твердую руку - в человеческом смысле этого выражения. По мнению латвийского депутата Юриса Боярса, "Латвию и Эстонию спасли два обстоятельства: реакция Запада и позиция Ельцина". Наблюдатели отмечают, что именно Ельцин в условиях военного мятежа повёл себя так, как подобает поступать главе государства.
      Ночное, последовавшее немедленно после событий, заявление ВС РСФСР по событиям в Вильнюсе. Поездка Ельцина в Балтию. Заключенные с Латвией и Эстонией договоры, в которых Россия de facto обязуется выступать гарантом их независимости. Совместное с балтами обращение в ООН с предложением созвать международную конференцию по проблемам балтийских государств. Наконец, твердая и вполне однозначная фраза: "Защищать суверенитет нам, видимо, без российской армии не удастся". Все это вместе взятое серьезно увеличило политический капитал российского президента.
      О нынешнем политическом весе Ельцина свидетельствует ситуация с телеграммой, якобы отправленной им в Кузбасс и содержащей просьбу отменить намеченную забастовку. Существовала или не существовала телеграмма в реальности, пока неясно. Факт тот, однако, что одной истинной или мнимой телеграммы Ельцина оказалось достаточно, чтобы остановить намечавшуюся стачку - по просьбе ВС РСФСР.
      Все это особенно серьезно, когда пошатнулась главная политическая опора Президента - его международный престиж.
      14 января Борис Ельцин сказал на пресс-конференции: "13-го у меня был посол США г-н Мэтлок по его просьбе".

      Альтернатива Президенту

      Некоторые эксперты утверждают, что в понедельник, решая литовский вопрос, парламент России будет одновременно решать и судьбу страны на ближайшие несколько лет.
      В то же время очевидно, что, несмотря на всю выигрышность позиции "россиян", жесткое в отношении центра решение будет в то же время означать и рост конфронтации.
      17 января на заседании Президиума ВС РСФСР, принявшем решение о досрочном созыве сессии, уже столкнулись две противоположные позиции - позиция Руслана Хасбулатова, изложенная выше, и позиция председателя Совета Республики ВС РСФСР Бориса Исаева, предлагавшего искать мира с Горбачевым.
      Какая из двух точек зрения победит на сессии - сказать трудно. Так же, как трудно сказать и что-либо определенное о личной позиции Бориса Ельцина по поводу ближайшей практики взаимоотношений с Президентом.
      Следует, однако, принимать в расчет еще один довольно значительный фактор.
      До января 1991 года Горбачева критиковали, но не предлагали конкретной альтернативы. Дилемма "или Горбачев, или хаос" была важным козырем Президента.
      Во вторник чрезвычайная сессия Ленсовета выдвинула принципиально новое требование: отставка Президента и передача верховной власти Совету Федерации.
      Тем самым впервые была предложена внятная, вполне легитимная альтернатива существующему положению дел. Концентрация власти в Совете Федерации (по некоторым предположениям, под председательством Ельцина) могла бы устроить многих - в частности, и потому, что в некоторой степени сняла бы не только угрозу политического вакуума, но и однозначность ситуации.
      Россия, занявшая последовательно жесткую позицию по отношению к центру и заключившая Союзный договор с Украиной, Белоруссией, Казахстаном и балтийскими республиками, в этой ситуации образует новый центр власти и тем самым обессмысливает бытие нынешнего союзного руководства. В свое время, говоря о создании "тюрко-славянской антанты", Ельцин любезно заметил: "Может, присоединится и центр к этому. Потом". [an error occurred while processing the directive]